ОСВОД. Челюсти судьбы

И смысл в общем-то правильный: надорвалась, и потеряла большую часть способностей и умений, — может, например, легко сотворить сотню до зарплаты (а на косарь сил уже не хватает) либо еще что-то того же масштаба... А материализовывать что-либо для себя, не для других, Злата Васильевна и в лучшие свои годы не умела. Такая уж природа у ее магического таланта, — альтруистическая.

Ротмистр уже держал в руках удостоверение, я заготовил суровую тираду... Не потребовались. Дверь в девятнадцатую квартиру оказалась не заперта и даже гостеприимно приотворена.

* * *

— Здесь, на кухне! — услышал я голос Ротмистра и мимолетно обрадовался: не придется заглядывать в комнату, откуда доносится хриплое мужское пыхтение и ритмичные женские стоны, — наверняка там меня поджидало мерзкое зрелище...

А квартира девятнадцать и без того выглядела омерзительно. Мусор, объедки, засохшая блевотина... Существа разной степени подвижности (в основном малой) и разной степени опьянения (в основном высокой).

Квартира была коммунальной.

— Вы их заберете, да?

Ротмистр в тот момент еще держал в руке свои грозные корочки и ошибка трезвой женщины была простительна.

— Мы их поубиваем! — пообещал кархародон, на мгновение проглянув сквозь человеческую ипостась, и женщина тут же исчезла, а ее дверь захлопнулась, как створки раковины испуганного моллюска.

...Услышав зов Соколова, я рванул на кухню, — мощный запах не то что подгоревшей, а напрочь сгоревшей еды не позволял сбиться с пути.

На узкой, но протяженной кухне никого не нашел (залежи пустых бутылок, дымящаяся сковородка с неопознаваемыми угольками и два бессознательных алконавта не в счет).

— Ты где? — крикнул я в пространство.

— Здесь! (Я двинулся на звук.) На второй, тут две кухни!

Странная планировка... Что-то здесь явно перестраивали, возводя новые перегородки и пробивая старые. Отсюда и дурацкая нумерация квартир с буквенными индексами.

Вторая кухня, как выяснилось, была втрое меньше первой, общей. Она безраздельно принадлежала жильцам двух самых дальних комнат, попасть в нее можно было только через их обширную проходную гостиную. Туда же, в гостиную, выходила дверь спальни. В общем, некая полуотдельная квартира в рамках коммуналки, — с кухней, но без санудобств.

И вот эта-то недоквартирка и стала эпицентром пьяного бедлама, накрывшего квартиру большую.