Свалка времени

– Мне, как фершалу, виднее! Влип в историю – изволь теперь лечиться! У тебя на голове нет живого места.

- Зато полно мертвых, - съязвил Максим. – Сколько время?

- Два еврея, - в тон ему ответила Олеся. – Третий, жид, по веревочке бежит. Ночь уже.

В храме стало светло, словно у потолка вспыхнул мощный прожектор. Дыхание перехватило, к сердцу подступил могильный холод.

- Вон отсюда! – заорал Максим изо всех сил. – Быстро! На улицу! Я серьезно! Иначе и мы…

Откуда-то появился Церпицкий и крикнул:

- Бери его!

Сильные руки схватили Максима и вытащили под струи ледяного дождя.

Он еще успел увидеть привязанного к стулу окровавленного человека с длинной бородой. Два офицера в серой форме жестоко и методично избивали его палками.

- Привык он к побоям, что ли? – прогудел чей-то голос.

- Молчать – это привычка всех партизан! – прокаркал кто-то в ответ.

Видение колыхнулось и пропало.

- Поставьте меня на ноги! – крикнул Максим.

Он схватился за плечо Олеси и, словно в его руках была нить Ариадны, привел спасителей в старый дом.

- Зачем вы его взяли?

- Кто бы еще, как ты думаешь, привел бы нас к тебе? – невесело спросил майор, снимая с плеча двустволку. – Пришлось его, так сказать, реквизировать.

Максим заглянул в мутные глаза. За секунду перед ним пронеслась трагедия человека, всю жизнь пытавшегося убежать от собственного дара. Не обладая здоровым цинизмом и способностью отстраняться от реальности, он так и не смог принять его, каждый раз переживая чужую боль, как свою.

- Верно, - сосед зябко повел узкими плечами. – Самое страшное – знать будущее и понимать, что ничего изменить нельзя. Как ты с этим живешь?

Максим вздрогнул и накинул на плечи куртку. Олеся разложила инструменты и перебинтовала ему голову, наложив на раны листья крапивы. Прикосновения ее пальцев были легкие, едва уловимые. И жгучее растение почему-то не жалило, а снимало боль и жар.

- Зачем трава? Ты же можешь руками? – Максим сделал несколько пассов.

- Одно другому не мешает. Если бы не мои руки, тебе пришлось бы накладывать швы, - назидательно сказала Олеся. – А теперь спать.

Она провела перед глазами рукой, и Максим провалился в сладкий мрак. «Лови его! Надо ж было сначала уложить!» - услышал он укоризненный голос майора.

Максим очнулся далеко за полдень. Олеся дремала рядом, положив голову на свернутую камуфляжную куртку.