Охота на Удачу

Тебе придется быстро бежать, а я уже не в том возрасте, чтобы скакать по лесам. Привыкай искать дорогу без проводника, Герман.

– Бежать!?

– Бежать, – улыбка судицы вышла более хищной, чем обычно. Так обаятельная сова улыбается полевой мыши. – Бежать, Герман. Они уже начали...

– Кто? – Герка глупо захлопал глазами.

Ветер зашевелил цветы, плотно обступающие железобетонный «стакан». Растения терлись о стену в надежде пощекотать пятки рисованной шестирукой красотке. От неприятного шершавого звука, по затылку Герки побежали мурашки.

– Вот! – Ружа ткнула когтистым пальцем в небо, точно надеялась проковырять дырку в сини. – Вот опять! В этом и есть самая большая проблема современной молодежи! В том, что вы не видите дальше собственного носа! Сначала вы все время смотрите под ноги, забыв о том, что над вами существует мир, куда как более огромный и интересный. И хорошо, если находится кто-то добрый и ответственный, вроде меня, кто заставляет вас поднять глаза с земли и посмотреть наверх! Но ведь даже это не идет вам на пользу! Раз увидев небо, вы начисто отрываетесь от реальности, перестаете видеть то, что у вас прямо под ногами…

Голос судицы сделался неприятно визгливым, а безумия в нем резко прибавилось.

На фоне сестер-вещуний Ружа выглядела кликушей – полусумасшедшей старухой, трясущей седыми патлами. Герка попытался вспомнить, когда аккуратный колосок распался на нечесаные пряди, и не смог. Сползая с макушки волосы вели себя, как живые, оплетали овал лица, рассыпались по костлявым плечам, самостоятельно заползая в рот, в ноздри, в уголки красных глаз.

Обступившие «стакан» жухлые цветы напоминали волнующееся море. Под напором ветра они уже не просто раскачивались из стороны в сторону, а гнулись, то стелясь до самой земли, то распрямляясь вновь. Что-то не нравилось Герке в этом цветочном шторме. Что-то смущало его и тревожило. Это «что-то» лежало на самом виду, потянись и ухватишь, но визгливое щебетание судицы мешало сосредоточиться, а этот ветер…

«Стоп! – сам себя осадил Воронцов.

- Какой еще ветер?»

            Видимо, он произнес это вслух, потому что судица, прекратив раскачиваться и клекотать, как гигантская хищная птица, спокойно пояснила:

– Это не ветер, Герман. Это молодая, голодная, шустрая поросль о восьми лапах.