Охота на Удачу

Глубокие порезы тут же отвратительно запульсировали, пытаясь выжать из Герки крик боли, который наверняка их выдаст. Пришлось сжать кулаки, со всей силы впиваясь давно нестрижеными ногтями в ладони. Под пальцами проступила горячая влага, и на Геркином теле стало на восемь ран больше. Чтобы отвлечься от боли он спросил:

– Долго они тут еще бегать будут?

– Экий торопливый… Будут бегать, пока Хозяин не отзовет. Нас не найдут, ты не бойся, пацан. Тут, на свалке, все следы под слой говна уходят. Даже такие отчетливые, как твои.

Сборщики в городе хороши, а на свалке толку от них, как от козла молока. Побегают полчасика, да и сдернут. Решат, что ты через центр свалки обратно рванул… Чудаки, блин!

Юдин улыбнулся невидимой улыбкой.

– Будто кто-то может без меня свалку напрямки пересечь!

Вопреки радужным прогнозам Юдина, сидеть пришлось до глубокого вечера.

***

Когда они отважились высунуть нос из укрытия, день окончательно капитулировал перед ночью. Подгулявший бог темноты рассеянно просыпал звездные пятаки, превратив черное полотно небес в шитое серебряной нитью волшебное покрывало.

Воздух заметно посвежел. Даже неистребимый запах помойки слегка развеялся.

Послушно следуя за Юдиным, Герка механически переставлял ноги. Напади на них сейчас сборщики, он, пожалуй, не стал бы бежать, а просто спокойно дождался своей участи. Время, проведенное среди гнутого искореженного железа, по щиколотку в гнилом мусоре, с деловито снующими за шиворотом насекомыми, дало возможность все взвесить.

Это были драгоценные часы относительного покоя, позволившие побыть наедине с мыслями. Герка, наконец, рассмотрел ситуацию со всех сторон. Надо ли говорить, что увиденное ему не понравилось?

Юдин вертел нечесаной башкой в разные стороны, прислушиваясь, принюхиваясь, даже, как будто, пробуя ветер на зуб, но шел при этом бойко, не останавливаясь. Похоже, он точно знал, что опасности нет, просто перестраховывался по привычке. Похожий на вставшую на задние лапы крысу невероятных размеров, Юдин проворно шастал среди мусорных гор, то забегая вперед, то возвращаясь.

Спускаясь по глинистой тропке, Герка ощутил дежавю страшной силы. Суток не прошло, как они спускались к домику-улью. С той лишь разницей, что тогда место между ним и Юдиным занимала Лиля – единственный друг в этом ненормальном мире. Друг, который его предал. Предатель, который спас ему жизнь.

Грудь разрывало невидимыми крючьями, но многочисленные порезы не имели к этому отношения.