Тринадцатый

Николаю Егоровичу на вид было около сорока. Одет он был в дорогое пальто серого цвета и, судя по брюкам, бежевый костюм, обут в начищенные до блеска лакированные коричневые ботинки, а в руках держал черный дипломат. Петросянов пригнулся и побежал к зданию суда, пытаясь быстрее укрыться от непогоды. Поздоровавшись при входе с охранником, он спешно прошел в свой кабинет. Так начинался практически каждый рабочий день судьи Петросянова. Но не успел он выложить из дипломата нужные бумаги, как дверь его кабинета распахнулась, и в нее вошел полковник ДПС.

– Здорово, Петрович! Какими судьбами? – произнес удивленно Петросянов и, достав из кармана расческу, стал причесываться.

Полковник огляделся по сторонам и быстро подошел к Николаю Егоровичу.

– Что случилось? – поинтересовался судья у встревоженного чем-то приятеля.

– Сынок мой попал, – прошептал Петрович на ухо судье.

– Куда попал? – удивился тот.

– Ту-у-д-а-а, – чуть не плача протянул полковник.

– Я не понял, Петрович, ты ко мне пришел, чтобы я загадки твои разгадывал, или по делу? Я – не Бог, мысли читать не умею.

– По делу, по делу.

– Так давай, выкладывай, что да как, а то я намеков твоих не понимаю. Мы друг друга давно знаем, так что изволь начистоту.

– Да балбес мой на взятке попался! Они пару дней назад на Стрелецком посту стояли, идиоты! – начал свой рассказ полковник.

– Ну и?

– Ну, так вот. Стояли, сволочи, стояли и сбрендили. Твари! Представляешь, причудилось им, идиотам, что к нам президент приехал. Чем они там обкурились или обожрались, не знаю, но эти гады все начальство на уши подняли, а президента-то и нет.

– Ну, а от меня ты что хочешь? Слышал я эту историю. Понаделали они шума. Говорят, приказ сверху поступил закрыть их всех.

– Да я уже каналы пробил, дело к тебе попадет. Ты бы помог, а? По-дружески. Я за ценой не постою – заплачу, сколько надо. А ты тут всех знаешь, да и связи у тебя хорошие.

От этой речи у Петросянова расширились глаза.

– Петрович, я не понял, мне что, их всех отмазывать надо?!

– Да плюнь ты на всех! Сынка только моего одного и все, – жалобно простонал полковник.

– А что ж ты сам-то довел до такого? Неужто сразу придумать что-нибудь не мог? Ну, например, что он в той группе искал оборотня в погонах? – улыбнувшись, проговорил судья.