Зеркальный лабиринт

Лаура лежала на кровати, но глаза ее были открыты.

– Что случилось, Лаура?! Тебе стало плохо? – присела я рядом с ней. Взяв ее руку, почувствовала, какие ледяные у нее пальцы.

– Холодно, – поежилась Лаура, садясь на кровати. Давид без слов шагнул к шкафу, снял с полки шерстяное одеяло и укутал им девушку.

– Спасибо, – поблагодарила она его тихим голосом. И, поднеся ладонь к виску, поморщилась.

– Голова болит? Ты ударилась, когда упала? – встревожился Давид.

– Я упала?

– Мы тебя, красотка, нашли на полу без чувств.

Что случилось? Принести тебе воды? Анна, принеси ей воды! – зачастил Давид, перемежая вопросы с приказаниями.

– Не надо воды. Я в порядке. Но… не помню, чтобы мне стало плохо.

Она разжала пальцы, и уставилась на свою ладонь, где лежал огарок свечи.

– Амнезия! – поставил «диагноз» Давид и опять засуетился:

– Врача вызывать? Твой брат не отвечает на звонки. Или отвезти тебя в госпиталь?

– Не надо, – испугалась Лаура, брезгливо бросая огарок на тумбочку. – Я нормально себя чувствую, Давид.

Только голова немного кружится. Вам не кажется, что здесь пахнет горелым?

– Есть такое. Сейчас открою окно. Закутайся.

– Давид, это, случайно, не твой ужин сгорел?

– Хвала небесам! – с радостью воскликнул он, оборачиваясь. – Теперь я спокоен за нашу Лауру, она действительно в порядке! Этот ангел опять брызжет ядом…

– Я серьезно, Давид.

– Не волнуйся, красотка, все приготовлено на высшем уровне. Как всегда, впрочем, – не без гордости ответил Давид. – Спустишься ужинать или тебе сюда принести?

Я увидела, как ее глаза вначале удивленно округлились, а потом вспыхнули радостью.

Но хитрая Лаура тут же опустила ресницы, входя в роль слабой больной, и тихо промолвила:

– Спасибо, Давид. Я, пожалуй, поужинаю здесь… Слабость чувствуется.

– Я вызываю врачей! – твердо заявил Давид, вытаскивая мобильный. – Твой брат нам головы открутит, если с тобой что случится!

– Нет‑нет! Я… Я же говорю, что почти в порядке. Лучше уж спущусь.

– Лежи! – рявкнул Давид, увидев, что Лаура пытается встать.

– Сейчас принесу ужин. Анна, побудешь с ней?

Я кивнула. Прежде чем выйти из комнаты, Давид завернул открытый мной кран в ванной и, уходя, заметил:

– Что‑то тебе, Лаура, комната дефектная досталась. С трещинами.

– Какими трещинами? – не поняла она.

– В ванной одна огромная. Над зеркалом. Не видела разве?

– Не было там никакой трещины… – пробормотала она, но скрывшийся в коридоре Давид ее уже не услышал.