Зеркальный лабиринт

После Моники настала моя очередь рассказывать: меня засыпали вопросами о моей стране, семье, о том, нравится ли мне в Испании, хотела бы я тут остаться и не собирается ли Рауль уехать со мной в Москву. Я честно призналась, что мы с ним не говорили на эти темы, так как вместе еще очень малый срок.

Лусия пожаловалась, что ее маленький сын плохо спит по ночам. А Нурия, грустно вздохнув, ответила, что очень сочувствует ей, но сама была бы счастлива пожертвовать ночами сна ради того, чтобы в ее квартире в кроватке спал сын.

– Я недавно потеряла ребенка, – призналась она, и на ее глаза навернулись слезы. – Моника знает… В конце октября. Срок был небольшой, но какая разница… Если бы не Давид и его забота, не знаю, как бы я справилась с таким ударом, мы ведь так мечтаем о маленьком!

Сара с Лусией сочувственно заохали, а я заметила, что Лаура вдруг резко положила свою книгу на полку, оглянулась на Нурию, но тут же, будто спохватившись, отвела взгляд и вновь схватила книгу. Не ту, которую до этого читала.

– Лаура, тебе скучно? – обеспокоилась Моника.

– Иди к нам!

– Нет, нет, мне не скучно! – поспешно отговорилась Лаура. – Я пойду прогуляюсь по дому.

И ушла.

Увлеченные разговорами, мы не сразу обратили внимание на музыку, льющуюся снизу. Первыми прекратили свою игру Серхио с Чави и, вытянув шеи, прислушались. Потом на полуслове себя оборвала Моника:

– Это Лаура за пианино?

– Не знала, что она умеет играть, – удивилась Нурия. – Думала, с музыкой только Рауль связан.

А мне вспомнилось, что в доме родителей Лауры в одной из комнат стоит пианино.

Когда я в один из дней спросила у Рауля, кто играет на нем, услышала в ответ, что инструмент давно стоит забытым. Сам Рауль окончил лишь один класс музыкальной школы и бросил занятия, а Лаура доучилась до конца, но, по словам брата, без удовольствия и уже давно не подходит к пианино. Он пробовал соблазнить сестру игрой в группе – давно, когда искали клавишника, – но та отказалась.

– Бедной Лауре, должно быть, действительно стало скучно, раз она решила развлечь себя игрой, – вздохнула Моника, решительно поднимаясь из кресла.

Мы встали следом за Моникой. За нами, подхватив гитары, отправились и Серхио с Чави.

Лаура играла что‑то грустное и красивое, играла так хорошо, так увлеченно, с душой. Я даже усомнилась в словах Рауля, что его сестра не занимается музыкой дома. Но когда мы переступили порог комнаты, она резко оборвала игру и оглянулась на нас с испугом в глазах, будто застали ее за чем‑то неприличным.