Невидимые крылья удачи

Даже зубы такие острые…

Или как демон. Второе, пожалуй, было ближе к реальности. Я, сопоставив все факты, пришел к очевидному выводу: передо мной точно такой же, или, по крайней мере, близкий родственник того паразита, что я подцепил на Коротких Путях. Почему? Я всего-навсего вспомнил то самое чувство подавляющей волю силы, дурманящего разум влияния. Но пока демонстрировать мою догадку ни в коем случае не стоило: я, как никогда, не был близок к свободе, а там можно было действовать по обстоятельствам. И, если повезет, совсем не так, как рассчитывают в корпорации Флотц и братья.

Мистер Флотц нас все-таки отпустил. Облегчение Малаквиуса было настолько явным, что мне на мгновение стало его жалко, но я тут же себя отдернул: некогда расслабляться и распускать нюни – впереди меня ждало много важных дел.

Я чувствовал на себе взгляд старика до тех пор, пока нас не скрыл поворот коридора. Вообще, судя по тому, что в дизайне окружающего меня пространства преобладали плавно закругляющиеся коридоры, глухие комнаты и лаборатории, освещенные мягким светом магической флюоресценции, научный комплекс корпорации представлял собой нечто вроде огромного цилиндра, уходившего глубоко под землю, со множеством связанных ярусов и уровней, вход на большинство которых был мне заказан.

Мне доступны были лишь пару уровней: там, где я жил, и общая столовая на другом. Но всюду меня сопровождали парочка дюжих мордоворотов – им дай волю, они и в туалет за мной ходили бы. Но сегодня они вели по совершенно незнакомым местам.

Не совсем чтобы незнакомым: насколько я понял, все этажи комплекса были здоровски унифицированы, и, по сути своей, представляли собой точную копию друг друга за исключением некоторых надписей и рядов пронумерованных дверей, и это позволяло мне отличать их друг от друга. 

После того, как Малаквиус отвел меня в мою комфортабельную коморку, ни его, ни мистера Флотца я больше не видел, да и особым желанием я не горел.

Перед очередной дверью, на которой был нарисован выразительный человечек, выбегающий в распахнутый проем, я и мои охранники остановились.

Один из них, поменьше, но казавшийся гораздо умнее своего троллеподобного напарника, повернулся ко мне. В руках у него была полоска черной ткани и глухие наушники, призванные полностью отрезать меня от внешнего мира..

- Извините – объективная необходимость.

Конечно, я понимаю: требования секретности. Ничего против не попишешь - поэтому я безропотно позволил завязать себе глаза.