Псы божьи

Из внешних уголков глаз этого существа текли кровавые слёзы, от чего лицо его приобретало странное неуловимое выражение не то крайней печали, не то безмерной озлобленности на весь мир.

— Опусти его пониже, рефаим, чтобы я мог его рассмотреть, — попросил этот человек.

Могучее существо послушно исполнило его просьбу, и ноги Архангела слегка коснулись земли.

— Мы нашли, что искали, — прошипел рефаим.

— Он довольно сильно изменился с момента нашей с ним последней встречи, — задумчиво сказал человек, вытирая кровавые слёзы.

— Сомнений нет, — прошипел рефаим. — Ошибки быть не может.

— Ты меня помнишь? — спросил седой человек у Архангела.

Архангел молчал. Рефаим с силой встряхнул его, так что у Архангела хрустнули суставы:

— Когда тебя спрашивают, надо отвечать, — прошипел он.

— Не нужно с ним так, — мягко остановил его человек, из глаз которого опять потекли кровавые слёзы.

Рефаим развернул Архангела к себе лицом и наотмашь ударил его раскрытой ладонью, хлёстко, словно плетью.

— Я хочу, чтобы руки его оставались скованными. Пусть он не видит своих ладоней. Нам сейчас ни к чему, чтобы он просыпался.

4

— Я правильно тебя понял, — переспросил человек Начала, — он самостоятельно проснулся и ушёл?

— Так всё и было.

Человек Начала задумчиво погладил треугольный шрам кончиками пальцев. Тот, с кем он разговаривал, был немолод, крепкого телосложения, но со склонностью к полноте. Редкие волосы его были аккуратно зачёсаны назад. Одет он был в светлую униформу больничной охраны, которая плохо смотрелась на его заплывших жиром боках.

— Почему я узнаю об этом только сейчас?

— Ты спал. Никто не осмелился тебя будить.

— Запись того, как всё произошло, — потребовал человек Начала. — Немедленно.

Пока запись готовилась к просмотру, он нервно ходил по своему кабинету, шагами меряя расстояние от стены до стены.

— Всё готово, — отчитался вновь появившийся перед ним охранник.

Человек Начала обратил внимание на бейдж с личными данными, прикреплённый слева на его груди.