О людях, сверхсилах и удаче. Том 4

А потом придите ко мне и скажите ещё раз, что готовы отринуть всё это и умереть. Просто так. Из чувства уважения и желания помочь. 

Они опустили головы, переваривая мои слова. Крис первым поднял взгляд, моргнул, скрипнул зубами.

- Проклятье. Обидно осознавать, что мы лишь пешки в игре кланов, - прошептал он. – Неужели совсем ничего не можем сделать для тебя?

- Можете, - рассмеялся я. – Оставайтесь собой. Помогите мне не превратиться в беспощадного убийцу. В этом я могу на вас положиться? 

- Конечно, - ответила за всех Яна.

После обеда мы долго обсуждали произошедшие за эти полгода события, а затем, сославшись на учёбу, ребята ушли. Мы с Иоко остались вдвоём, стояли во дворе, глядя вслед автомобилю с моим личным водителем, повёзшим друзей по домам. 

- Как внезапно мы оказались в разных мирах, - вздохнул я, устало потерев глаза.

- Они никогда не поймут всю ответственность, что легла на твои плечи, - Иоко мягко погладила ладонью моё плечо. – Кроме, разве что, Егора.

- Хорошо было ходить в школу и не думать о том, что какой-то древний старик может легко разрушить всю твою жизнь одним щелчком пальцев, - процедил я. – Для чего вообще люди стремятся к власти? Что она даёт им, кроме ощущения собственного величия? Разве это стоит загубленных жизней, тысяч сломанных семей, лишившихся кого-то близкого?

- У каждого своя правда, - Иоко легко чмокнула меня в щёку. – Идём в дом, у тебя ещё много дел, Ярослав приготовил какие-то бумаги, оставленные твоим отцом.

Я кивнул, послушно направился по дорожке к крыльцу.

Сидя в рабочем кабинете и пытаясь сосредоточиться на чтении деловых документов, я вдруг поймал себя на мысли, что мне скоро восемнадцать. Последний год учёбы в школе, всего полгодика – и школа закончится, как и детство. Впрочем, оно-то, кажется, для меня завершилось в тот самый миг, как принял бразды правления кланом Такаяма.

Много чего случилось за этот год. Приключений и впечатлений хватит на целую жизнь.

Я не боюсь схватки с Кукольником, отчего-то в голове зреет мысль, что мне удастся победить. Самое сложное – пробудить Императора, заставить его вновь обрести ясность ума, разглядеть в советнике коварное чудище, пустившее свои когти в сердце Империи. 

Но, боги, как же мне претит идея воздействовать на него через семью. Семья – самое святое, что только может быть в жизни человека.