Несущий свет

- Я имел в виду лесных головорезов, которые обитают ближе к горам, но к зиме они идут в наши края, дабы жить в тепле чужих очагов. – Эти слова он сказал, глядя на видневшиеся горы, заложив руки за спину. – При этом они убивают за неповиновение, насилуют женщин, порой забирают подростков и утаскивают с собой все припасы, что могут унести. – Он повернулся к Анхелю и посмотрел в глаза. – Мне кажется, что вам по силам организовать сопротивление, это видно по вашим глазам.

- Неужели видно? – Несколько опешил Анхель.

- Да-да.

Вы непросто воин, в вас, герр Руиз, чувствуется сила, вокруг которой всё начинает быстро вращаться, причём в правильном направлении.

- Не боитесь ошибиться?

- Ни разу не ошибался в людях. – Он выглядел напыщенно, но уверенно.

Анхель задумался о предложении герра Гереца, оно вполне вмещалось в его план, однако, это почти годовая задержка. Конечно, здесь южнее и зима менее сурова, но в горах должно быть это не так. А стало быть, вполне возможно, что дальше он пойдёт только следующей весной.

- Итак, герр Руиз. Вы согласны остаться здесь до осени, предпринять всё возможное для уничтожения головорезов, а затем, если уцелеете и добьётесь успеха, получив награды, продолжите свой путь?

- Хотите сказать, что я смогу уйти, на зиму глядя? Переход реален зимой?

- Вполне – мы снабдим вас всем необходимым. Уж запряжённой телегой-то точно.

- Что ж… пожалуй, я согласен. – Недолго думая, сказал Анхель.

- Questo è un bene. (Вот и хорошо)

***

Немецкий был в изучении легче. С языком Венеции и стран, что далее на юг, пришлось, прямо таки, биться.

Ибо он оказался сложнее, эмоциональнее, чем немецкий. Эмоции – это вообще оказалось слабым местом Анхеля, чаще угрюмый, он просто не мог говорить так, как надо было.

Помимо языка по ту сторону Альп, с политикой всё было шиворот-навыворот – никакой стабильности, разве что в застое. Все государства тянут каждый своё одеяло на себя от соседа, дабы оттяпать кусок земли и сказать, что он ныне принадлежит им. Те, естественно, были против этого.

Междоусобица проявляется, как внешняя, так и внутренняя. Феодалы же даже между собой договориться не могут. Если в Баварии страну хоть как-то сдерживали межсемейные браки, то там даже межсемейные войны случаются.

Герр Герец, упоминал про недалёкую Болонью, где уже полвека дерутся две семьи: Бентивольо и Ченедули. И мира даже в зачатке не видно. Староста приводит аргумент, что это, мол, горячая южная кровь – с ней надо аккуратно, иначе закипит, и будет беда.