Несущий свет

Да крики позади – мы-то сбегли, а наши-то там все, поди, полегли от зверюг…

Он умолк, на глаза у него навернулись слёзы. Милан стоял рядом, обхватив себя руками, да не слабо притом. Он из последних сил старался сдержаться и тоже не разрыдаться. Вацлав сел на землю, утирая рукавом предательские слёзы.

- Что за напасть? – Послышался голос отца Филипа. Анхель обернулся, священник стоял в дверях и, видимо, слышал всё. Хотя, как иначе-то?

- С рассветом туда пойдём, не раньше. – Твёрдо скомандовал Анхель. – Милан, иди в деревню, буди моих, пусть топоры берут и сюда.

Как Солнце встанет, пойдём к штольне.

Милан молча, отрывисто кивнул и трусцой побежал от домика вниз по тропе. Вацлав так и сидел на траве. Анхель прошёл в дом и скоро вышел со своей сумкой-ножнами. Вид у него был нервный, но он держался достойно. Ему не пристало нервозить лишний раз – не водилось за ним такое.

Солнце поднималось над горизонтом, окрестности быстро светлели, хотя время было уже не раннее – середина осени, как ни как. Вдоль озера шли лесорубы при топорах, ещё несколько человек с вилами.

Всего дюжина человек набралась, вместе с Анхелем и рудокопами. Долго не совещались, Анхель быстро описал ситуацию, народ пороптал, но никто обратно не повернул. Шли чуть ли не бегом – надежда на то, что кого-то спасут, была сомнительной, исходя из описанного Вацлавом.

От храма до штольни не очень далеко, но тропа узкая, да под ногами ходуном ходит влажная заболоченная почва. А ещё кусты тут слишком густые – нет бы, тропу пошире сделать, так ведь нет.

Как кусты заболоченные кончились, вышли на глинистую опушку, а напротив вон и вход в тоннель под холмом каменистым.

Тишина. Никого на первый взгляд видно не было.

- Мирослав?!.. Мартин?!.. – Крикнул Вацлав, но ответа не последовало. Дюжина постепенно продвигалась вперёд. Шли полукольцом, впереди шёл Анхель. Он был всех выше и оглядывался окрест, но никого не видел. Потом заметил кровь на земле. Сначала в одном месте, чуть позже ещё и ещё. Его отряд бдительности не терял, но и креститься тоже успевали, аккуратно обходя кровавые следы.

Луж крови насчиталось пять – стало быть, Вацлав с Миланом только и выжили. Тел не было – уволокли звери. Вон и следы грязно-кровавые. Тащили всех в одну сторону – прочь отсюда. Но вот куда? В той стороне нет ничего – только камни да песок, вплоть до болота. Обрисовались на земле и следы зверей. Смотрели на них все, и никто слова вымолвить не мог – след-то, и вправду, как у волка, да только лапища огромная для него.