Несущий свет

В отличие от твоего домашнего… - Он прервался, словно вспоминая слово. – А! Архангела. – И он засмеялся.

- Кто Я такой? Какой ещё архангел? А?

- Всему своё время. – И он сделал шаг назад. – Могу лишь дать тебе подсказку: иди за рунами с меча… своего. – Ещё шаг назад и его начало обвивать серо-красная дымка.

- А ну постой! – Взревел Анхель.

Но неизвестный уже полностью скрылся в появившемся облаке. Налетел порыв ветра и разметал красноватое марево – не оставив и следа от этого человека, хотя человека ли?..

Отец Филип стоял, открыв рот, даже не моргая.

Сердце в груди стучало с такой силой, что сутана на груди заметно подрагивала. Рядом пышел яростью Анхель. Но ярость яростью, а применить её было уже не к кому. Незнакомец растаял в воздухе, будто и не было его тут.

- Господи, кто это был? Что вообще происходит? – он уставился на Анхеля. – Архангел… Он сказал ты… Архангел.

- Тебе не кажется, что на слово верить тому, кто растаял в воздухе, несколько неразумно? – До сих пор на повышенных тонах прохрипел Анхель.

Отец Филип едва держался, казалось, он сейчас расплачется, но он держал себя, как мог. И, кажется, из последних сил.

Наречённый архангелом Анхель пошёл к воде, зачерпнул пригоршню воды и плеснул себе в лицо – освежает весенняя вода. Охлаждает рассудок и усмиряет гнев. Ещё горсть, ещё. Вот, так лучше. Он расправил спину, глубоко вздохнул, развернулся к замершему священнику – он так и не сводил молящего о прояснении ситуации взгляда. Хоть немного раскрыть завесы тайн. Хоть чуть-чуть.

Но Анхель не мог – он ничего не помнил. Он не знает, кто он. Чёрт возьми! Он не знает, кто он сам! Лишь то, что он был подобен тому, чьи останки покоятся на берегу реки.

- Я ничего не могу прояснить. Я ничего не помню… Ничего.

Священник закрыл глаза и выдохнул. Это было облегчение. Такое облегчение, наверное, испытывают матери, когда видят возвращающихся с войны детей. Слеза таки прорвалась наружу. Но монах старательно не показывал своей слабости. Он отвернулся и схватился за лицо. Слёзы текли, но на душе становилось чуточку легче.

Он так боялся того, что мог бы сейчас узнать. Но не узнает.

Хоть бы никогда этого не узнать. Уйти со спокойной душой туда…

- Слава тебе, Господи, слава… Слава… – шептал он, так и не открыв лица.

Анхель стоял и смотрел на него. Что он мог – он, действительно, помнил себя с того момента, как этот человек подошёл к нему раненому и помог. Кем бы он ни был – ангелом ли, архангелом ли, он навсегда обязан ему, возможно, жизнью.