Несущий свет

Мы ждали, но улетели они, улетел следом Михаил, и всё – тишина…

Зверь села на запылённый сломанный диванчик. То, что творилось, полностью выбивало из колеи. Хотя как можно назвать колеёй постоянное ожидание конца света. Это очень изматывает – постоянно ждать неизвестно чего и невероятным образом быть готовым. На глаза снова навернулись слёзы – никогда не позволяла себе этих слабостей, но сегодня, видимо, день такой – её пробило. Ну, а что? Марлы, которая хоть и была свирепой убийцей бёвульсов, но плакала больше всех, больше нет.

Надо же кому-то лить слёзы по погибшим друзьям. А теперь ещё и по учителю.

Вихрь присел рядом. Он хотел было положить руку ей на плечо и успокаивающе погладить, но Зверь неожиданно навалилась на него и, обняв, заревела в голос. Замершая на миг рука опустилась ей на голову и утонула в растрепанных светлых волосах. Ничего говорить он не стал. Сейчас лучше помолчать.

Ветер местами прорывал защиту, возведённую девушкой, но, в целом, та спасала. В квартире было, конечно, прохладно, хотя, наверное, если запереться на кухне, то там будет нормально.

Даже спать можно, благо кухня не крошечная, как в квартире Анхеля.

Вихрь и Зверь так и сидели, когда в квартиру вошёл Шекспир.

- Нормально! – Скептично выговорил он, глядя на отсутствие стены. Красные глаза Звери дали ему понять, что кроме слёз тут ничего не проливалось в больших количествах. Вихрь тоже сидел, далеко не весёлый, поэтому Шекс, не говоря больше ни слова, пошёл на кухню и поставил чайник. Пока тот закипал, он достал три кружки, разложил по ним чайные пакетики, наделал бутербродов с тем, что отыскалось в холодильнике.

Когда чайник подал знак, что вода вскипела, Шекспир зазывно постучал ложкой по одной из кружек. Пока он разливал кипяток, в кухню вошли Вихрь и Зверь. Сев вокруг стола, они долго молчали, глядя на чай, от которого обильно поднимался пар.

- Видимо… это конец. – Тихо сказала, наконец, Зверь. – Мы вроде даже как победили…

- «Пиррова победа». – С грустью в голосе вставил Шекспир.

- Это точно. – Кивнул Вихрь.

Шекспир потянулся за бутербродом, откусив смачный кусок, он запил его чаем. Не успев дожевать, он произнёс:

- Вот ни в одном фильме не видел, чтоб после того, как герой спасёт мир – он ел бутеры с чаем и не знал, что же дальше делать. Зачем он теперь этому миру? - Дожевав, он добавил. – Вроде весь мир спас, а его, ведь, и сосед сверху не знает…

Вихрь и Зверь посмотрели на разговаривающего с собой друга. Тот заметил их взгляды и отмахнулся:

- Проехали.