Алая Завеса. Первый лик смерти.

- Они могут использовать зелье правды, - спустя какую-то паузу сказал он. - Почему не делают так? Это же всё упростило бы.

- Наверняка, причины есть.

- Конечно есть. Во-первых, это ограничивает права и свободу человека. А во-вторых, это зелье можно обмануть. Если знать, что надеть или что принять перед допросом. В-третьих, это зелье токсично и негативно действует на психику.

Юлиан был уверен, что если бы ему дали зелье правды, он чудесным образом сознался бы в убийствах Дюкса, Спаркс и Карнигана. И ещё в парочке, о которых раньше не знал.

- Здесь никто не ценит права человека, - вздохнул Юлиан. - Правосудия в этом городе нет.

- Какая точная фраза, - согласился Эдвард. - Не думал, что услышу её именно от тебя. Я всегда любил этот город. Но чем он стал сейчас... Тут не место честным людям, к сожалению. И народ это знает. Среди людей витает слух, будто бы какой-то мстительный демон вышел на охоту и убивает неугодных ему людей.

- Этим демоном считают меня.

- Не похож ты на демона. И на убийцу тоже.

- Газеты пишут в аварии. Но я был на момент его смерти с ним в машине, и он умер до неё. Его сердце остановилось за мгновение.

- И поэтому ты здесь? Ты находился с ним на момент смерти, а значит, и являешься первым подозреваемым. Всё логично. Тут среди заключённых любопытный слушок ходит. Там, в самом низу подвала такой же смертью умер некий Тильман Штрассер.

- Кто это? - спросил Юлиан.

- Какой-то подозреваемый. Попал сюда в конце августа вроде бы. Так вот его тело нашли ранним утром без всяких признаков насилия или приступа.

- Странно, но я об этом не слышал, - задумался Юлиан.

- А кому несчастный зек нужен? Особенно тогда, когда умирают такие видные люди. Но то, что он умер точно такой же смертью, как и они, очень интересно... Не находишь?

- Был бы я умнее, я бы чего-нибудь понял. Но я не такой умный.

Эдвард откинулся обратно на подушку.

- Но время подумать у тебя будет, - сказал Арчер. - У нас обоих.

До самой ночи Арчер и Юлиан отрывками переговаривались между собой. От скуки и отсутствия альтернативы он изложил ему всю свою жизнь. Он рассказал и о работе в Департаменте, и о побеге Агнуса Иллиция, и о своём известном отце, и отношениях с Пенелопой, и о драках с вервольфами. Не стал затрагивать только самое последнее - договор семерых с Эрхарой.