Алая Завеса. Первый лик смерти.

И совесть, любящая иногда подъедать откуда-то изнутри, явно даст о себе знать.

- Всё будет на высшем уровне, - пообещал Юлиан, явно ненавидя за эту фразу всего себя целиком.

В конечном итоге он может оказаться подлецом и лгуном, а это было даже весьма страшно.

Йохан поколебался ещё раз, словно собираясь выхватить ключи из рук Юлиана и отнести их обратно отцу. Юлиан заметил это, и, не дожидаясь, когда это случится, спрятал их в карман и сказал:

- Прогуляюсь до буфета. Не хочешь со мной?

- Нет, - ответил Йохан.

Но Пенелопу он там не нашёл. И на следующем занятии она снова игнорировала факт его существования. Юлиан уже готов был вскочить с места, перебив профессора и потребовать от Пенелопы немедленных объяснений. Если бы сегодня была третья пара, он непременно сделал бы это, но её не было. Понедельник являлся не самым насыщенным днём.

Следить за Пенелопой он не стал, в одно мгновение осознав, что с точки зрения мужского достоинства это не будет являться правильным шагом.

Но через секунду его мнение снова поменялось, и он опять погряз в переживания по поводу Пенелопы и её странного поведения. Но для того, чтобы догонять, было уже поздно. В конце концов, несколько дней у Юлиана ещё есть.

Но несколько дней до чего? Юлиан не мог это объяснить, но в голове такие мысли витали. Может быть, это связано с тем, что присяжные умирали один раз в десять дней, а с момента смерти Грао Дюкса минуло уже шесть? Это означало, что впереди ещё четыре дня, после чего жертвой преступника мог оказаться кто угодно, в том числе и Юлиан.

Но в последний путь он себя не провожал.

Зажиточные люди Свайзлаутерна, да и многих других городов тоже, очень переживали за благосостояние своего имущества. Их дома были окружены невидимым щитом, преодолеть который можно было, только открыв входную дверь при помощи ключа.

Таким образом, они ограждали свои дома от возможных ночных проникновений преступников и прочих незваных гостей.

Некоторые и вовсе использовали так называемые "заклятья слова", которые позволяли войти в дом только после непосредственного приглашения его хозяина. Ситуация очень напоминала ситуацию с вампирами, которые тоже не могли проникнуть в чей-то дом без дозволения на это.