Новая надежда

Река уже с шумом неслась мимо путешественников и Иван с трудом удерживался на ногах, стоя по плечи в воде у опираясь на Ярослава всем телом. Плачевное положение усугубляли смутные, вытянутые тени, мелькавшие в воде. Через мгновение одна из них врезалась в Ивана и он почувствовал сильнейший толчок, поскользнулся и с криком повалился в воду.

   Громов повинуясь рефлексам схватил потерявшего равновесие юнца. Ему пришлось вновь развернуться спиной к заветному берегу, иначе рука Ивана просто выскользнула бы. И тут, вспышка озарила его разум.

Тихий, но как всегда твёрдый голос Стребора произнёс: "Вода обманчива. Вода искажает. Вода отражает. В воде многое оборачивается с ног на голову.". Ну конечно!!! Именно это говорил мудрый Стребор, напутствуя Громова. Среди прочих рассуждений о высочайших знаниях, он вдруг пустился в рассуждения об азбучных истинах.

   Что было силы Ярослав потянул к себе мальчика, и двумя руками прижав теряющего силы Ивана к себе, начал шагать задом наперёд, громко произнося слова древнего заговора:

   "Встану с зарёю вечерней,

   Пойду из дома не под восточную сторону,

   Пойду к Смородине реке, к Калинову мосту,

   Крикну в голос, позову люд навий,

   Как вам, людям навьим обратно через мост не перейти

   Текучей воды не превозмочь,

   Так никому меня, внука Сварожьего не оморочить,

   Не затуманить и с пути не сбить,

   Повернитесь ликом к нави, заберите с собой кривду,

   Оставьте живым правду,

   Век по веку.

Гой!"

   Шаг за шагом продвигался Громов таким противоестественным путём. Он читал заговор за заговором и наконец заметил, что вода спала, а течение вновь стало тихим, убаюкивающим. Ещё пара шагов и под ногами оказалась не слишком зелёная, но всё же более привычная чем речной ил трава.

   Ярослав положил юношу на траву и сел рядом. Иван дышал очень медленно, уставив широко раскрытые карие глаза вверх.

Затем юноша сомкнул вежды. Полежал так немного и неожиданно чихнул. Громов успокоился и позволил себе задремать.

   Впрочем дремал он не долго. По его собственным ощущениям прошло не более получаса. Ярослав растолкал Ивана, достал из сумки два бутерброда - последнее, что осталось от хлебов старой ведьмы - и несмотря на протесты юноши заставил его съесть их оба. После чего они снова пошли в лес, оставляя за спиной оморочивший их ручей.