Новая надежда

Он презирал окружавших его людей и мечтал вернуться на родину своих предков в тихий городок Сейны. Но обет, данный его набожными католическими предками непосредственно святому престолу, обязывал его оставаться тут, на ненавистной ему Смоленской земле.

   Впрочем держали его тут и более прагматические вещи. С великими ухищрениями, с трудом и опаской, но всё же регулярно получал он из Рима неплохие суммы, позволявшие ему пусть и в тайне, считать себя едва ли не самым богатым частным лицом в этой части страны.

   В тот день и миг, когда на него буквально рухнул вышедший из леса худой и грязный оборванец, шептавший его фамилию, Яков испытал крайне сложные чувства. Он понял, что длительному изгнанию в этой грязной и пропахшей сивухой стране пришёл конец. Но и трудности предстояли серьёзные. Незаконно депортировать человека из Советского Союза было попросту невозможно.

   Но Яков знал, что ему помогут. Он знал за какие ниточки дёрнуть, чтобы без лишнего риска и с гарантией распрощаться с этой дикой, ненавистной ему страной.

   Подъезд дома не впечатлял. Ивану казалось, что человек подобный Стребору просто не может жить в простом доме с невзрачным, плохо пахнущим и тускло освещённым подъездом.

   Между тем Громов уверенно пошёл по лестнице, и мальчик проследовал за ним наверх.

   Прихожая в квартире также была обыкновенной. Простые обои, стоптанный половичок, вешалка с поношенной одеждой и популярный плафон-ананас жёлтого цвета на люстре.

   Иван, следуя примеру Ярослава, разулся, как вдруг в дверном проёме, ведущем из комнаты появился невысокий седой мужчина.

   - Привет вам, гулёны.

   - Здравствуй Стребор.

   - Посидите на диване. У меня встреча.

   Иван вошёл в комнату и успел заметить, как Стребор скрылся за дверью, за которой обычно находится кладовка. Иван видел такую планировку квартир в Вязьме. Он сел на диван, размышляя о том, что у Стребора за встреча в кладовке. И тут его озарило.

   Он представлял себе Стребора совершенно не так.