Тайна кондитерской "Делос"

Спрячьте диск с твоим проклятьем где-нибудь в надежном месте.

- Хорошо.

Западный ветер провел девушку знакомым путем через кладовку к старой неприметной двери, которая вела прямиком в Грецию, на остров Делос, каким видели его олимпийцы. Маленький процветающий город с белокаменными зданиями, благоухающий цветением, согревающий теплым солнцем.

За спиной Зефира выросли два мощных крыла. Западный ветер игриво подмигнул Ие, подхватил ее на руки, и они взмыли в небо. Девушка закричала и вцепилась в плечи Зефира так, что будь он простым человеком, точно не избежал бы перелома.

Но он был западным ветром, потому лишь громко рассмеялся.

Ие потребовалось несколько минут, чтобы решиться открыть глаза. Вид заставил девушку восторженно ахнуть. Зефир завис над Делосом, и с этой высокой точки синее море казалось особенно прекрасным. Светлыми пятнами в нем отражались редкие облака, проплывающие по небу. Золотом сияли изгибы волн. Словно драгоценный жемчуг всюду были рассыпаны маленькие и большие острова.

- Посмотри вверх, - попросил Зефир, и когда Ия подняла глаза, дунул на них.

На секунду стало больно, а потом Ия смогла различить сотни цветных линий, расчерчивающих небо. Они переливались и сияли. Теперь Ия видела в море и их отражение, и оно стало похоже на огромный красочный витраж.

- Это дороги ветров. Что-то вроде подводных течений. Благодаря им мы можем быстро перемещаться из одного места в другое. У каждого ветра свой цвет, но иногда мы можем пользоваться и чужими дорогами. Самый бесцеремонный среди нас Эвр, ему даже разрешение спрашивать не нужно.

- Это очень красиво!

- И удобно. Потому знай, что бы ни случилось, мы всегда придем на выручку. Ты росла на наших глазах. Играла с нами. Доверяла нам свои тайны. И стала нам сестрой.

- Спасибо, Зефир.

- Ладно. Это было лирическое отступление, чтобы ты не чувствовала себя одиноко, когда вход в кондитерскую «Делос» пропадет из твоего города. А сейчас нам пора прятать мою убийственную ревность!

***

Зефир проводил Ию до входа в кондитерскую.

Сам он возвращаться не захотел. Пару минут девушка неуверенно переминалась с ноги на ногу в кладовке, но потом собрала волю в кулак и вышла в главный зал. Аполлон сидел за арфой и играл грустную мелодию, похожую на мелодичный звон бьющегося хрусталя. Он завораживал и в то же время вызывал желание закрыть уши. Ия присела на подушку на чаше бассейна и смотрела на Аполлона. Он не открывал глаз, но его ресницы дрожали, словно он боролся с желанием сделать это.