Волшебный хоккей - Следопыты

Ну а если, наоборот, разохотитесь – ради бога, можешь выгуливать хоть четыре часа к ряду. Ей это только на пользу пойдёт. Только сам смотри не простудись… Тебе всё понятно?

– Да-да, разумеется, – энергично закивал Денис.

– Раз понятно, тогда ступайте с богом.

Тамара Захаровна открыла дверь, выпуская Дениса с Лизкой на лестничную площадку и тут же, как по заказу, перед ними распахнулась дверца поднявшегося на четвёртый этаж лифта. Лизка глухо гавкнула в наморднике и, бешено забарабанив по бокам хвостом, рванула к распахнувшейся кабинке, едва не вывихнув мальчику удерживающую поводок руку.

Через секунду выяснилась причина столь бурной собачьей радости, из кабинки навстречу Лизке вышел обожаемый хозяин – Фима Кувшинников собственной персоной.

– Так, я не понял, Дэн, а ты что тут делаешь?! – заметив вывалившегося следом за собакой из квартиры одноклассника, возмутился толстяк Кувшин. – И почему у тебя на руке висит поводок моей собаки?!

– А ну-ка тихо! Ишь, разорался! – шуганула сына вышедшая следом за Денисом на лестничную площадку Тамара Захаровна.

– Мою Лизку этому! – задохнулся от ярости раскрасневшийся, как варёный рак, Фимка. – Мам, ты чего! Я сам её могу прекрасно выгуливать.

– Вона, как запел, – всплеснула руками мама. – Мочь-то ты можешь, только ведь у тебя на подобную ерунду времени никогда нет. Взять хотя бы сегодняшний день. Пришёл из школы и тут же сбежал во двор играть с друзьями.

– Я не просто так, а по делу, – шмыгнул носом насупившийся Кувшин. – Просто, срочно надо было другу помочь…

– У тебя каждый день «по делу», – отмахнулась мама. – Убежал в двенадцать, а вернулся только сейчас, в четвёртом часу. На вечер у тебя, как всегда, хоккейная тренировка запланирована. Когда ж тут собаку выгуливать?

– Я могу прямо сейчас с ней пойти, – предложил Фимка. – Как раз до тренировки успею.

– Ну, уж нет, после гулянья ты обещал мне засесть за уроки. Обещания свои нужно выполнять. Так что заходи, раздевайся и марш зубрить. А то опять ничего не выучишь и завтра очередную двойку принесёшь. Смотри, Фима, заглянет отец в дневник, такую выволочку устроит – неделю потом сидеть нормально не сможешь, будешь подушку под зад себе подкладывать.

– Мам, но это же моя собака, – уже чуть не плача заканючил Фимка.