Город на границе Снов

Они столько жаловались, вызывали полицию, а результата никакого! И вот опять стало шумно.

- Так, я подготовлю квартиру, а ты иди и опроси соседей, - велел Эрик. – И только посмей хоть одного ударить!

- Лишь для самозащиты, - не стал я давать невыполнимых обещаний.

Эйбон просверлил меня взглядом, но ничего не сказал.

Взяв блокнот и ручку, я покинул квартиру и двинулся опрашивать соседей.

Первым делом я позвонил в соседнюю дверь.

- Кто там? – послышался женский голос.

- Социальная Служба, - сказал я то, чего никогда в жизни не думал сказать.

Дверь мне открыла полная чернокожая женщина и осмотрела меня весьма скептическим взглядом. Она была в простом цветастом платье и с повязанным платком на голове. Похоже, я отвлек ее от уборки.

- А ты слишком молод для них, - прищурилась женщина.

- Стажер, - показал я удостоверение. – Здесь - для профилактики преступлений.

- У меня дома все нормально, - нахмурилась дама.

- Я не по поводу вашей семьи, мэм. Я хочу задать несколько вопросов о вашей соседке, мисс Браун, - указал я на многострадальную дверь.

Женщина посмотрела на дверь и очень удивилась ее состоянию.

- Это не я сделала, - тут же напряглась она. – Я стучала к ней с утра, но мне так и не открыли.

- Вас никто не обвиняет. Можете ответить на несколько вопросов?

- Хорошо.

- Как вас зовут? Откуда вы?

- Баако Акинтола, я родом из Гамбии, но всю жизнь прожила в Берлине, в Найзельберг приехала недавно.

- Как давно вы тут живете?

- Около восьми месяцев, с тех пор как переехала сюда. Мой муж получил работу на заводе компании и привез меня с детьми.

Квартиру получил от компании, когда съехали предыдущие жильцы. Видать, их тоже достали соседи.

- Что вы можете сказать о вашей соседке?

- Я бы сказала хоть что-то, если бы хоть раз ее видела, - фыркнула Баако. – За все время она ни разу мне не открыла, лишь говорила со мной через дверь. Я поначалу пыталась быть к ней терпимой, но ужасный запах и крики по ночам выдерживать тяжело. Я понимаю, что у нее там больная мать, но таких людей лучше держать в больнице, а не дома.

Судя по тому, что за четыре года той не стало лучше, домашнее лечение не помогает, - покачала она головой. – Мы пытались говорить с Эммой, даже поднимали этот вопрос на собрании жильцов, но полиция, проверив жалобы, почему-то махнула рукой.

- Полиция ничего не делала?

- Вообще. Они приходили к ней, а затем уходили. Не знаю, что там было. Может, она переспала с ними, чтобы они оставили ее в покое, но копы не сделали ничего!

- Ясно.