Вблизи и далеко

Много он знает… Можно подумать, у лучших друзей не бывает друг от друга секретов. Происходящее под своим носом обычно замечаешь позже всех.

– Отталкиваться нужно от причин исчезновения девушек, – вмешался я. – Не зря первой пропала Мария.

– Согласна. – Несса выпустила под потолок густое облако дыма. – Что она исследовала в последнее время?

– Все подряд, – пожал плечами Норд. – Запуски сценариев, первородный мир, движение лимеса, личность Хранителя…

Телефон придавлено звякнул в кармане и высветил сообщение от Киры: «С договором какая-то хрень, приезжай срочно!».

В конце стоял блюющий смайлик. Красноречиво. Краем уха слушая об обширном круге интересов Марии, я набрал ответ: «Опиши подробнее. Приехать сейчас не могу». Почти сразу выскочило: «Не знаю, и разбираться не хочу. Надо было нормального юриста брать, а не маяться фигней. Теперь наслаждайся. Жду полчаса и уезжаю на экскурсию по барам». И три блюющих смайлика.

Отлично. Я приеду. Приеду, и лично ее придушу!

Я тронул Лейку за плечо, она отвлеклась от латте и вопросительно подняла бровь.

Сцилла сделала вид, что ее здесь нет.

– Надо ехать, – шепнул я. – На работе проблемы.

– Езжай, – равнодушно отозвалась Лейка. – Только адрес Бланки мне запиши.

Не понял.

– Хочешь остаться здесь? – уточнил я. Она кивнула. – Одна? Ты же ни слова не понимаешь.

– Почему одна? – Лейка поджала губы. – Я с Присциллой. Она все переведет.

Совсем не слушающая нас Сцилла улыбнулась и покивала. 

– Это плохая идея, – ровно выговорил я. Нельзя оставлять Лейку с Нордом.

Разумнее держаться рядом. – Как ты потом домой вернешься? И что собираешься тут делать?

– А что мне делать у Бланки? Не переживай, не потеряюсь. Уж показать листочек с адресом таксисту я смогу.

Меня обдало привычным холодом, на затылок будто ворох снежинок приземлился. Что ж… Сложно помогать тому, кто отталкивает помощь обеими руками. Я записал на салфетке адрес, аккуратно положил на стол перед Лейкой и направился к двери. Норд проводил меня вспышкой облегчения, Лейка уткнулась в стакан.

Ну да. Такова цена.

Помню, когда я впервые объявил, что собираюсь жениться, мама переполнилась досадой и сожалением. Не хватало только большого плаката с надписью: «Это твоя самая большая ошибка». Я уже было настроился на серьезный разговор, но она лишь спокойно спросила: «Ты знаешь, что произошло с ее матерью?» Конечно, я знал. Видел, и не раз. Это прорывалось в любых Лейкиных воспоминаниях, мельтешило искаженными образами, секундными отрывками.