Третья сила

Опешив от подобной напасти, Астарот попробовал сбросить его, но дымок не желал расставаться со своей лакомой добычей, все больше и больше оплетая демона сетью мелких отростков, стягивая всё туже свои объятия. Со звоном на пол упал меч, и демон повалился на колени, чувствуя в ногах и в теле внезапно навалившуюся тяжесть и усталость. Нечто состоящее из темного дымка блаженно впитывала силы демона, разрастаясь на глазах. Владыка с улыбкой наблюдал за представлением.

– Довольно! – крикнул Сатанаил, обождав немного, пока демон не свалился ничком на пол.

– С него хватит.

Нечто в нерешительности расплетало свои объятия, все же надеясь на продолжение, но под грозным взглядом Владыки быстрее зашевелилось и убралось прочь в темноту под свод зала. Обессиленный Астарот, переводя дыхание, с трудом поднялся на ноги и вновь был отброшен к стене воздушным ударом Сатанаила.

– Что можно с тобой сделать? – в задумчивости произнес Сатанаил, медленными шагами приближаясь к лежащему телу.

– Ведь твои действия безнаказанными оставлять нельзя, верно?

Рассмеявшись, Сатанаил подошел поближе к Астароту и пнул сапогом по ребрам. Услышав в ответ стон, Владыка ухмыльнулся.

– Идеальный воин, – продолжая ухмыляться, он вновь пнул сапогом в бок Астарота. – Как тебе наши союзники? Можешь не отвечать, сам вижу. Эй! Стража!

Из-за трона вышли шестеро высокорослых Архидемонов, облаченные в доспехи, и припали на одно колено, выражая свое почтение, едва приблизившись к Владыке.

– Ведите на площадь и лишите его когтей, негоже предателю их иметь, – отдал распоряжение он. – И смотрите, чтоб он был жив.

         – Да, Повелитель, – ответили стражники.

         – Приступайте, – улыбнулся Сатанаил, и направился в глубь зала.

         Подхватив под руки Астарота, Архидемоны поволокли его обессиленное тело на площадь перед Башней. Поминая его последними словами, периодически избивая, самые ярые стражники не страшились твердить проклятое слово ему в лицо – отступник.

Астарот уже не мог ничего вымолвить в ответ, лишь подволакивал ноги по ходу движения, безвольным телом опираясь об двух безмолвных Архидемонов, желающих поскорей вынести его на площадь и закончить представление. Так бы и продолжалось его путешествие в один конец, разделяющее его жизнь до и после, как его, наконец, вынесли на площадь перед башней.