Третья сила

Его была ошибка позволить так с ним обращаться, но иного выхода Астарот для себя не представлял, но так даже лучше, так он привыкнет к общению с людьми, и каждое непочтительное обращение к нему не будет вызывать приступ неконтролируемой ярости как вчера в баре, когда его оскорбили. Но не стоит всё-таки увлекаться милосердием, ведь не каждому надо спускать с рук сквернословие и провокации, словно ничего не будет за это. Будет, ещё как будет – за слова, произнесенные единожды, и совершённые поступки нужно всегда держать ответ.

– Какие у нас на сегодня планы? – спросила девушка, наблюдая, как демон разогревает на сковороде приготовленное вчера мясо.

– Что делать, спрашиваешь, – задумался Астарот. – Надо будет прогуляться по окраинам города. Мне необходимо оставить больше следов.

– В смысле? Убивать?! – взвилась неожиданно Лена, подскочив со стула.

– Не-е-ет, – рассмеялся демон, запрокинув голову к потолку. – Убивать никого не собираюсь, если только сами не напросятся.

– Тогда про какие следы ты говоришь, если убивать не собираешься? – спросила, успокоившись, девушка.

– Метки – специальные рисунки, чтобы привлечь к ним следопытов демонов, – объяснил демон.

– Думаешь, это сработает? – спросила вновь она.

– Не знаю как против ангелов это сработает, даже не имею представления, как они будут меня искать, – ответил демон. – Вот насчет демонов я уверен – метки их отвлекут на время от меня, а то и собьют со следа.

– То есть, как я тебя правильно поняла, это типа манок, – рассудительно сказала девушка.

– Да, верно, – подтвердил демон.

– Но тогда скажи, ты решил здесь остаться или переехать в другой город? – спросила Лена, взглянув на широкую спину демона.

– Нет, в другой город не поеду, возникло одно неотложное дело, – после минутного молчания ответил демон и выключил электроплиту.

– И какое же дело? – нетерпеливо спросила девушка.

– Погоди ты со своими вопросами, – отмахнулся демон, накрывая на стол. – Сейчас управлюсь, тогда расскажу за едой.

Кто бы мог подумать, что он, высшее существо, теперь вынужден сам себе готовить пищу, ни в какое сравнение не идущие с теми блюдами, которые ему преподносили на стол; вынужден жить в скромных апартаментах, несравнимые с его Чертогом и скрываться от всех, кто мог представлять ему маломальскую опасность. Узнай об этом там, где он когда-то жил, его бы непременно засмеяли – вот, посмотри на себя, кем ты стал, до чего ты докатился, уже примеряешь шкуру людей.