Глава Аиды. Часть 1

Подойдя к парадному входу, Арсений провел руками вдоль двери, словно снимая с нее незримую паутину, и только после этих манипуляций по снятию защитных чар они смогли войти внутрь.

Если снаружи царила мистическая атмосфера запустения, то внутри было на удивление уютно, чисто и по-домашнему тепло. Лука словно попал в совершенно другое место. Пахло свежим деревом и распустившимися розами. 

Повесив плащ на подставку, Арсений поправил ворот рубашки и пошел по коридору в сторону застекленного розария.

Лу поспешил следом. Стоило ему ступить в сад, как его с ног до головы окутал флер дивных цветочных ароматов. Такое изобилие роз поражало – от совсем маленьких бутончиков до пышных, распустившихся во всей красе кустов. Обилие оттенков вызвало у Луки ассоциации с едой. Белоснежные бутоны с розоватой каймой по краям — это нежный, воздушный зефир, крохотные лимонные цветочки — цитрусовые. Чуть поодаль от них в каменных горшках распустились персиковые, малиновые и алые цветы.

Лука поднял взгляд к куполообразному потолку и удивленно вскинул брови: словно весь солнечный свет, который был в Инферно, собрали здесь. В сером небе над розарием из-за туч пробивались тонкие многочисленные лучи. Неподалеку шумел фонтан, и голубая вода благодаря солнцу переливалась радугой. Поблизости для удобства стояла скамья.

— Неужели у Главы Аиды есть собственный флорист, который ухаживает за всей этой красотой? — скептично спросил Лука, не до конца веря собственным глазам.

Арсений усмехнулся и осмотрелся, его взгляд стал сосредоточенным. Он искал кого-то…

«Видимо, я оказался прав. Иначе как здесь все может быть таким цветущим, когда снаружи царит запустение», — подумал Лу. Ответом на его недоумение стало появление высокой стройной девушки, выплывшей из-за мраморной колоны. При виде нее у демона подогнулись колени, а сердце наполнилось теплом и светом, как если бы Ян положил ему руку на плечо и ободряюще улыбнулся, как умеет только ангел.

У незнакомки была белоснежная кожа с легким румянцем, словно она провела по щеке розой, вобрав в себя ее цвет. Чуть пухлые губы расплылись в улыбке, а немного вздернутый кончик аккуратного носика придавал ее облику нечто подростковое. По плечам рассыпались длинные светлые волосы, колышущиеся в такт ее легким шагам. Она проплыла к ифриту, и они нежно обнялись. Ее яркие серые глаза излучали радость, от нее исходил едва уловимый взглядом свет.