Глава Аиды. Часть 1

— Раны не залечит, но будете стоять на ногах, а это уже кое-что. 

Они выбрались из кабинета. При виде сложенных в горку тел суриров Данте задрожал от ненависти, но не успело пламя объять их, как они осыпались прахом, оставив на ковре черно-серое пятно.

— Надеюсь, Алегрия простит тебя, этот ковер ей нравился, — хотя Константу было уже на все плевать. Он хотел поскорее расправиться с Киро, но в таком уязвимом состоянии нападать опасно. Кто знает, сколько еще суриров он держит в своем подвале.

Вале взялся за командование, их них троих он был самым здоровым:

 — Отправьте ищеек по следу, созовите воинов, и не сметь распространять информацию о нападении. Шума и волнений в народе нам не нужно, — рыкнул он на подчиненных. Несколько из них уже дежурили в подвале, кто-то стоял у ворот дома в карауле, остальные бросились выполнять приказ.

Когда дом опустел, Валефор со злостью хлопнул дверью, и по деревянному косяку прошла широкая трещина.

***

Очнулся Ян от того, что кто-то дергал его за края куртки. Лениво раскрыв глаза и потирая виски, в которых неприятно стучало, он с хрустом повернул голову вправо — на него уставились бирюзовые глаза. Этот взгляд мигом отрезвил, будто за ворот вылили ушат ледяной воды, заставив мозг соображать. Он сидел в маленькой клетке, встать в которой было невозможно, как и вытянуть ноги.

Его упрятали в подземелье, и Яну стало не по себе. Он тут же попытался материализовать меч, но ничего не вышло — что-то блокировало призыв. 

«Неужели я попался в ловушку?» — он коснулся лопаток, пытаясь нащупать крылья, но и они никак не хотели появляться.

— Руны против светлого. Ты ничего не сможешь… — подсказала девочка из соседней клетки. Грязные иссиня-черные волосы растрепались, на бледном лице с впалыми щеками и заостренными скулами ангел видел каждую венку, руки походили на две тонкие палочки, скрытые короткими рукавами некогда синего, а теперь покрытого пылью и паутиной платья.

Яну же такое внимание было не по душе. «Впрочем, чего еще ждать от какой-то замарашки. Ее бы не мешало отмыть и покормить… — он встряхнул головой.