Чужой мир

 

— А, ну да, ты же из другого мира. И как Ваш мир называется?

— Хасир. А ваш?

— Ну, даже не знаю. Планета Земля. Стана Россия, а вот мир мы как то никак не называем.  Так что добро пожаловать. Тут простые заклепки , Лер возьми в углу несколько старых спецовок прикрой его. Я болгаркой заклепки срежу, чтоб его искрами не зацепило. 

— Они грязные все.

— На себя в зеркало давно смотрела?

— Ой, как я теперь домой через город пойду?

— Отвезу я тебя, да и с другом твоим надо что-то делать. Он ведь несовершеннолетний?

— Ему семнадцать.

 

— Угу, и цепи он сам на себя нацеплять не мог. И кто вообще в наше время пользуется заклепками?

Наваленные на меня блондинкой тряпки ужасно воняли. И они были грязные. Даже грязнее чем та лужа. За то болгарка меня впечатлила. Высекая целый сноп искр, эта штуковина резала ненавистный двимерит как нож режет масло. И я не ощущал в ней магии.  И цепи тут были не причем. Олег допиливал последнюю. Остальные лежали на заваленном металлическим хламом полу.

Магии в этом инструменте не было. Хотя то, что она делала, без магии делать невозможно.  За то магия была вокруг. Потоки такой сладкой силы вливались в меня, снимая усталость и вымывая из души злость. 

Последняя цепь, жалобно звякнув, упала. Ура!!! Теперь я снова мегакрут. Правда есть одно но. Я теперь должен этому простолюдину. Как никак он меня спас и это серьезно. Ладно, рассчитаемся, а пока будем отдавать долги поменьше. 

— Эй блондинка, я обещал магию показать, чего хочешь?

— Нууу, не знаю, а можешь как Гендальф в Хоббите магический феервек сделать?

Я не знал кто такой Гендальф и что он делал в хоббите, но мысль блондинки уловил.

Она же девчонка. Молодая. Таким нравится все блестящее, громкое ну и так далее.

Потянувшись к своей Силе, многократно выросшей после запретного ритуала, я выстроил форму заклинания. 

В пустырь, поросший сорной травой, с безоблачного неба ударило несколько десятков гигантских молний. 

Тьфу блин.

Пыли полный рот. И в ушах звенит. Похоже я перестарался, на радостях от возвращения силы. Долбанул то ли слишком близко, то ли слишком много. Пыль во рту, и глаза тоже того, даже щит не поставил, рас-с-стяпа. 

Но громыхнуло знатно. У повозки, что возле мастерской стоит аж стекла треснули. 

О, Олег что-то, говорит, нифига не слышно правда, хотя судя по виду даже не говорит, а орет. За то блондинка молчит. И глаза по размерам раза в три больше стали.