Первая раса

– Как тебя зовут? Сколько тебе лет?

– Я Зебастиан, – мальчик ёрзает на месте. – Мне десять.

– Ты знаешь, что это не лучший способ зарабатывания денег, не так ли, Басти? – Эль упирает руки в колени, улыбается обнадёживающей улыбкой.

– Я хочу новый телефон, – откровенно отвечает Зебастиан. – А родители не покупают. Говорят, старый ещё ничего.

– Вот как, – Эль понятливо кивает. – Басти, а этот дядя сказал тебе, что нужно сделать, чтобы заработать на телефон?

– Сказал, – кивает мальчик. – Он сказал, мне просто нужно сидеть, пока он сделает пару фото.

А, ему зачем-то нужны были фотки с лоли[1].

Эль с трудом подавляет нервный порыв засмеяться: тут впору плакать, а не ржать.

– А ты знаешь, Басти, что за лоли ты бы получил?

Мальчик качает головой. Эль наклоняется и шепчет ему на ухо. Зебастиан хмурится и недоверчиво смотрит на своего спасителя. Эль не сдерживается и улыбается во все тридцать два: впредь пацан будет думать, куда лезет.

– Фу-у-у! – морщится мальчик. – Ты что, серьёзно?

Эль кивает.

Внезапно он хлопает себя по карманам джинсов и выуживает свой телефон.

– Слишком высокая цена за смартфон, как думаешь? На, держи. И не ведись больше.

Мальчик, не веря своим глазам, принимает совсем новый гаджет. Осматривает со всех сторон и таращится на Эля. Тот вздыхает:

– Вот оно, счастье современных детишек. – И, уже оборачиваясь к священнику, напоминает: – Я предупредил тебя, святой отец. Сутки начались…

– Хочешь сказать, – Риса подняла бровь, – что ночью ты выслеживал священника-педофила?

– В общих чертах, да.

– Ладно, допустим. Значит, дети теперь таким образом зарабатывают деньги? Как-то невероятно звучит. С каких это пор?

– С таких, – Эль щёлкнул пальцами, и Винни тут же переложил голову на его колени, – как взрослые стали внушать детям, что все прелести жизни материальны.

– То есть? – не поняла Риса.

– То и есть. У современных детей есть всё – начиная от новых игрушек, заканчивая игровыми приставками последней модели, – Эль трепал Винни за загривок, а тот издавал глухое урчание.

– Теперь любовь родителей измеряется в количестве купленного, а не в тёплых отношениях и заботе. Дети привыкают, что по первому требованию получают всё, что только заблагорассудится. Но в один прекрасный момент исчерпывают лимит – финансов, терпения родителей, неважно – и неиссякаемый источник перекрывают. И ребёнок в попытке найти средства для покупки нужной вещи пускается во все тяжкие.

– Но не в проституцию же! – усмехнулась Риса.