Первая раса

Небольшие разноцветные камушки раскатились в разные стороны, и она принялась собирать их в одну кучу, глазами ища нужный. Наконец она нашла её – овальной формы чёрную бусину, наполированную до блеска.

Эль тихо ругался, видимо, никак не мог остановить кровотечение. Риса протянула ему ладонь и потребовала:

– Дай мне руку.

– Слушай, тебе заняться нечем? – в голосе Эля слышалась не сколько злость, сколько боль. – Сходи погуляй. Когда вернёшься, всё будет в норме.

– Дай мне, пожалуйста, свою руку, – уже попросила Риса, не отводя ладони.

Эль глянул на девушку с недоверием, но всё же послушно протянул травмированную кисть. Риса подложила под неё свою ладонь и осмотрела рану. Порез был глубокий, пальцы были усеяны десятком мелких царапин.

– Как это случилось?

– Да какая разница? – буркнул Эль и попытался вырваться, но Риса так крепко сжала его руку, что он поморщился от боли. – И что теперь?

– Пойдём, – позвала Риса. – Сам увидишь.

Они сели в гостиной на софе, друг напротив друга. Риса больше не сжимала ладонь Эля, наоборот – чуть поглаживала, словно желая успокоить.

– Не сочти меня ненормальной, – серьёзно сказала она, – но я хочу попробовать альтернативный метод лечения.

– Тебе не кажется, что гомеопатия тут всё же бессильна?

– Кажется, ехидна, – Риса передразнила Эля. – Я и не о ней говорю. Только сиди, пожалуйста, тихо. Мне нужно сосредоточиться.

Девушка достала из кармана чёрный каменный шарик, зажала его между пальцами правой руки и накрыла ею повреждённую кисть. Она поёрзала, устраиваясь поудобнее.

Так в тишине они просидели минут пять. Эль уже хотел тихонько толкнуть Рису, проверить, не уснула ли она. Но внезапно в голове у него загудело, как если бы на виски и лоб надавила какая-то невидимая сила. Именно в это же время Риса задышала глубже и чаще.

Не успел Эль и глазом моргнуть, как завибрировали ладони и стопы. Холодный шарик в руке Рисы внезапно стал едва ли не раскалённым, но его прикосновение не обжигало.

Глаза Эля расширились. Он поднёс левую руку ко лбу Рисы. Он даже не коснулся девушки, но она вдруг нахмурилась, чуть склонила голову в сторону, будто уворачиваясь от вмешательства.

Эль опустил руку. Он понял, что происходило, и больше не стал мешать.

Наконец Риса отняла каменный шарик от его руки. Эль даже не удивился тому, что кровотечение остановилось, рана покрылась тёмной загрубевшей коркой, а кровь вокруг спеклась.