Первая раса

На секунду Риса позабыла о проблемах и невзгодах, наслаждаясь прикосновениями ветра к волосам.

В ладонь её уткнулся мокрый собачий нос. Риса опустила голову, рассматривая пса. Внешне он напомнил ей нечто среднее между волком и овчаркой: остроконечные уши, вытянутая острая морда. И целый стог белой пушистой шерсти.

– Привет, дружище, – улыбнулась Риса. – Ты такой большой и лохматый. Никогда прежде не видела таких собак, как ты.

Риса потрепала виляющего хвостом пса по голове. Тонкие пальцы, увенчанные розовыми ногтями, утонули в белой густой шерсти.

– Это Винни, и он волк.

Эль стоял на крыше шахты лифта, опершись на перила. В зубах его дымилась сигарета.

– Волк? – Риса автоматически отвела руку в сторону.

– Не бойся, это домашний волк, – хмыкнул Эль. – Он в лес не смотрит.

Рисе показалось, что при этих словах уголки пасти Винни растянулись как будто в улыбке.

– Значит, всё-таки Тая – твоя мать,– задумчиво проговорил Эль, подперев подбородок рукой.

– Так ты знаешь моих родителей?

Эль смотрел куда-то вдаль, рассеянно жуя фильтр сигареты.

– Скажем так, – произнёс он, взвешивая каждое слово, – я знал их когда-то.

– Знал? – переспросила Риса. – То есть… знал?

– В смысле это было давно. И у нас с ними не заладилось.

– Почему?

– Что за вопрос? – Эль свёл брови. – Ты как будто сама не знаешь, почему.

– Вообще-то, – непонимающе произнесла Риса, – не знаю.

– Что тогда ты знаешь?

Эль повернулся к ней, сделал затяжку. Отблеск тлеющего уголька отразился в его глазах, и оттого взгляд молодого человека стал ещё более пронзительным.

– Рассказывай ты, – потребовал Эль.

– Что?

– Всё, – в его голосе явно послышалось нетерпение. – Рассказывай всё. Что произошло? Где ты была всё это время?

Риса ненадолго замялась.

– Ну, – наконец начала она, – я приехала сюда месяц назад. Мне нужно было попасть в ратушу, и у меня по дороге вытащили все деньги. Мне говорили, что ты можешь помочь.

– Чем?

– Понимаешь, – осторожно произнесла Риса, – мне нужен доступ к государственной базе данных.

Эль округлил глаза.

– Ты что, начинающая террористка? Прости, я таким не помогаю.

– Вовсе нет, – фыркнула Риса. – Мне просто нужно найти сведения о моих родных.

– Ах, теперь это так делается, – съязвил Эль. – В моей семье предпочитали разговоры за ужином. Родители что, вообще ничего о себе не рассказывали?

Лицо молодого человека снова приобрело нейтральное выражение, лишь в голосе появились удивлённые интонации.

Риса перевела взгляд на город.