Первая раса

– Даже не думай извиняться! И держи меня в курсе, пожалуйста.

Гулять в одиночестве не хотелось, поэтому девушка вернулась домой. Она подумала, что её будни протекали слишком однообразно: дом – прогулка – учёба – работа у Лао. «За месяц жизнь перевернулась, а тебе всё мало разнообразия?», она тут же прикусила язык.

Эль болтал с кем-то по телефону – Риса слышала его голос в гостиной. Девушка не стала оповещать о своём возвращении, чтобы не мешать разговору. Риса принялась раздеваться, как вдруг из гостиной выглянул Винни.

– Ты что делаешь? – одними губами проговорила Риса.

Она оперлась на стену, стараясь не потерять равновесие. В висках гудело, и сквозь мутную пелену девушка осознала: Винни пытается её загипнотизировать.

– Не смей, – с трудом произнесла девушка. – Слышишь? Не смей!

Внезапно давление ослабло. Риса жадно хватала воздух ртом, а мушлам лишь потрясённо хлопал глазами, понимая, что его магия не работает.

Из гостиной донёсся женский смех. Девушка замерла.

– С кем он говорит? – спросила она Винни, но тот вместо ответа замотал головой. Риса шагнула вперёд, но мушлам преградил ей дорогу. – Пропусти меня.

– Я не могу, малышка…

– Пропусти меня, – прошипела Риса, чувствуя, как внутри всё клокочет от ревности и злости.

Винни весь как-то сжался и отступил, покорно склонив голову. Девушка встала у дверей так, чтобы Эль её не увидел.

– Значит, шестнадцать лет назад они жили здесь.

– Если быть точнее, сюда приезжал лишь он, – заговорила женщина. – И не жил, останавливался в отелях. Но в общей сложности проездил он сюда около полугода. Улаживал бумажные вопросы.

– А она, значит, всё это время жила на Северном Рейне?

– Да, фрау Ильтис никуда не выезжала. Она и сейчас редко показывается в обществе, обычно нужные люди сами наносят ей визиты.

Риса потерянно взглянула на Винни.

– Ты знал? – одними губами спросила она; мушлам, опустив голову, нехотя кивнул.

– Они и сейчас там проживают? – уточнил Эль.

– Да, в семейном замке. Он зарегистрирован на её имя, был куплен в девяностом году буквально за гроши – всего за каких-то три миллиона.

– Действительно, сущие копейки, – съязвил Эль.