Первая раса

Нет, танцевать было в какой-то мере весело, но ей было не до веселья. Сейчас она явно ощутила разницу между двумя молодыми людьми. Эль был спокойным, его прикосновения были аккуратными – он словно боялся навредить Рисе. Кёртис же руководствовался не нежными чувствами, а страстью. Может, в другой раз Рисе бы понравилось, но сейчас она твёрдо знала: ей нужно совсем не это.

Кёртис поднял и прижал её к себе, и склонил так низко, что кончики волос девушки едва не коснулись пола.

– Ну что, Жемчужинка, – он смотрел Рисе прямо в глаза, – как я тебе?

Она не ответила.

Быстрая музыка вновь сменилась медленной композицией. Кёртис помог Рисе выпрямиться. И тут она увидела Эля: молодой человек прокладывал себе дорогу к выходу. Извинившись, девушка выскользнула из рук Кёртиса и бросилась следом за другом. Она смогла нагнать его лишь почти у самых дверей.

– В чём дело? – запыхавшись, спросила она.

– Ничего, – просто, но сердито отозвался Эль. – Я ухожу. А вы развлекайтесь.

– Уходишь?

– Не нахожу ничего радостного в том, чтобы любоваться вами двумя, – нарочито широко улыбнулся Эль. – Так что повеселитесь как следует.

Он уже развернулся чтобы уйти, но оклик Рисы толкнул его в спину:

– То есть ты позвал меня погулять, чтобы потом бросить? Это очень мило с твоей стороны.

– Очень мило было притащить меня сюда, – улыбка сползла с лица молодого человека.

– Конечно, нет!

– Ну, естественно, – пожал плечами Эль. – Это всего лишь очень удачное совпадение: привести меня в клуб и слинять танцевать с этим придурком.

– Кёртис не придурок! – вспылила Риса.

– А я не вуайерист. Так что изволь откланяться.

Девушка отшатнулась от Эля. В свете прожекторов глаза её блестели так, будто были полны слёз. Она с обидой глянула на друга, пробормотала что-то неразборчивое и нырнула в толпу.

Первым её желанием было забрать вещи и уйти.

Кёртис вернулся к друзьям и теперь торчал у барной стойки. Риса бесцеремонно схватила его за запястье и яростно потянула за собой. И он уж точно не ожидал, что она сама положит его руки себе на талию и рассерженно бросит:

– Не говори ни слова, просто танцуй!

***

– Ты сегодня сам не свой, – Лао поставил на стол чугунные чашки. – Осторожно, горячо. Что-то случилось?

– Да так.