Первая раса

Каждый вечер, когда солнце закатывалось за горизонт, Такеру садился на пороге своего дома лицом на восток. Он вынимал меч из ножен и точил его. Это был непростой меч: его ковали древние мастера с горы Хонто; лезвие его закалялось на кедровых углях, а рукоятка была оплетена кожей Великого ската. Такеру проводил точилом по лезвию, с него сыпались искры, так высоко, что прилипали к небосводу и светили там до самого утра.

Такеру не было равных в военном деле. Он фехтовал так искусно, что на скаку мог в щепки разрубить молодую сосну.

А стрелял из лука так метко, что мог в густой чащобе поразить белку в самое сердце. Но и на музыкальном поприще с ним никто не мог сравниться: когда Такеру брал в руки сямисэн и играл на нём, даже птицы замолкали в лесах, слушая его песни.

Но однажды, когда Такеру точил свой меч, к нему пришли люди из его народа. Все они были печальны, и на то была причина: с запада на них надвигался злой чародей Мутаро со своей армией гигантов.

Жрица Ками-но Нянко – божества-покровителя её народа, храбрая Харука первой бросилась навстречу чёрному колдуну, чтобы задержать его до появления могучего Воина.

Такеру не раздумывал ни секунды – ведь Харука была не простой Жрицей, но его возлюбленной. Храбрец вскочил на коня и помчался на запад к Серым горам, чтобы встретиться с войском Мутаро лицом к лицу.

Но Мутаро узнал, что по его душу идут могучий Воин и мудрая Жрица, и послал им навстречу двух гигантов: собакоголового великана Харико́дзи и женщину-лисицу Ямата́ри. Огромные существа напали на героев, но мудрая Харука не стала обороняться.

Взгляд её нежных и добрых глаз тронули сердца гигантов, и они покорились девушке.

Злой колдун, узнав о предательстве своих рабов, разозлился и натравил на героев всю свою армию чудовищ. Но вместо того, чтобы обнажать меч, достал Такеру свой сямисэн. Как только пальцы его коснулся струн, великаны замерли. И тогда Такеру запел о красоте своего родного края, о величественных волнах, омывающих берега, на которых стояла его хижина, о бескрайнем ночном небе, по которому, словно белая лошадь по полю, гуляла луна.

Великаны, тронутые красотой его голоса, заплакали, раскаявшись в своих грехах. Там, где упали их слёзы, на земле проросли белые и голубые цветы, похожие на звёзды. Тогда великаны поклонились Такеру и, как Харикодзи и Яматари ранее, встали на сторону Воина и Жрицы.

Разъярённый Мутаро, видя, как легко его рабы встали на сторону врага, предпринял последнюю попытку: он пустил в Такеру отравленную стрелу.