Изгои Интермундуса

– Второе желание придумаю, скажу…

Кир начинает отнекиваться, говоря что-то о проблемах с деньгами, больной кошке (которой на самом деле нет) и жульничестве со стороны девушки. Смотря, как они болтают – легко и непринужденно – мне становится завидно. И прежде, чем подумать, я выпаливаю:

– Мы с Димой тоже часто выходные вместе проводим. В кино в Субботу собрались…

Моя последняя фраза тонет в громком кашле – это Теон поперхнулся кофе от неожиданности. Я поворачиваюсь к нему, чтобы подать салфетку со стола, но делаю все еще хуже: рукой нечаянно задеваю дно его кружки, и остатки кофе растекаются по его темно-синей рубашке.

– П-прости, – заикаюсь я, смотря на его подбородок, дико боясь посмотреть в его, наверное, уже почерневшие от злости, глаза.

– Дима, я дам тебе свою одежду, – предлагает Кир.

Теон, повернувшись к нему лицом, с сомнением окидывает его оценивающе-презрительным взглядом, словно ему бомж предложил обменяться штанами.

– Да ладно тебе, у нас разница в размере не такая большая. Пойдем, – продолжает мой идеал, совершенно неправильно истолковав взгляд Теона.

Кир уверенно манит его рукой, направляясь в сторону закрытой двери на противоположной стене зала. Какой же он все-таки добрый… и красивый. Мой Лео.

Прежде чем войти в открытую Киром дверь, Теон обводит взглядом комнату и, остановившись на мне, чуть поджимает губы: его лицо приобретает мимолетное выражение с легким оттенком разочарования. К чему бы это? Странно он себя ведет сегодня... Ох, вот бы увидеть его обнаженный торс.

Через полминуты, как в комнату заходит Теон, появляется сам Кир, садится на диван рядом со мной и, улыбнувшись так, что, не сиди я, непременно бы почувствовала дрожь в коленках, протягивает мне конфетку в обертке.

– Твой брат стеснительный какой-то, – замечает он, надкусив шоколадный эклер. – Попросил меня выйти, или лучше сказать – выгнал…

– Да? – не особо интересуясь комплексами Теона, с энтузиазмом занимаюсь своей конфетой – все, чтобы побороть желать пальцем смахнуть шоколадные крошки с его подбородка.

– Ничего, что я его твоим братом зову? – не поняв моей реакции, спрашивает парень.

Вскидываю голову, лихорадочно вспоминая, что я говорила ему о Теоне. Ведь по легенде, этот хмурый горе-суженный – мой брат.

– Я чего-то не знаю? – спрашивает Маша, протянув Киру салфетку и жестом указав тому на подбородок.

– Так мне Аня сказала, что они не родные, а сводные, – добавляет Кир.