Офисная ведьма

Видимо, мой нахмуренный и сосредоточенно жующий облик отбил желание приставать дальше с расспросами, так что бухгалтерши предпочли вздыхать о «женихе года» всей нашей фирмы без моего участия.

— Он такой мужественный, решительный — продолжала Аня петь дифирамбы Илье. — А позавчера-то! Бедняжку Ритулю как увидел, ну там, на кухне, так не растерялся, сразу действовать начал. Я же тоже там была. Как увидела этот ужас, прям обомлела вся, и шагу ступить не могу. А он… И скорую, и полицию вызвал. Айжан рассказала, как он ее саму потом успокаивал, и такси даже ей вызвал.

Как только речь зашла о Рите, веселье разом схлынуло. Девочки притихли, уткнувшись в свои тарелки. Смена темы явно расстроила всех, напомнив то, о чем мы предпочитали забыть. А меня вдруг осенило, что Рита Наумова работала в том же отделе, что вся моя сегодняшняя компания, и решила брать быка за рога, пока подвернулась такая прекрасная возможность.

— Скорая сказала, что это был инфаркт, — осторожно подала я голос, опасаясь, что девушки еще больше замкнутся в себе, не желая продолжать тему.

К моему облегчению, коллеги поддержали беседу.

— Да, о ее болезни никто не знал, — кивнула Лена.

— А помните, как Рита шутила, что экономит деньги компании, потому что за все время работы ни разу не воспользовалась медицинской страховкой? — подтвердила Аня. — И вообще, она спортом занималась, в фитнес ходила. Меня все звала, только я так и не собралась.

Девчонки опять скорбно замолчали.

— Врачи говорят, что приступ может настигнуть внезапно, — повторила я слова Ильи, чтобы возобновить беседу.

— Да, нам тоже об этом сказали. Только, знаешь, такое ощущение, что дело вовсе не в болезни. Она в последнее время какой-то странной казалась, — подумав, ответила Лена, помешивая соломинкой в своем стакане с соком и глядя в него так, будто в недрах апельсиновой жидкости можно было прочитать ответ на все тайны бытия.

— Почему же – странной? — подбодрила я коллегу, которая зависла на полуслове.

— Да какая-то грустная ходила, как будто даже испуганная чем-то.

— Да что ее могло напугать? У нее разве враги были? — изумилась я, тоже утыкаясь в стакан и отпивая из него, чтобы мой интерес не выглядел слишком явным.

— Вот уж не знаю. Может, и не испуганная, а просто напряженная. Бог ее знает, не разберешь. Такой она светлый человек была, что даже представить ее врагов не могу. И про самочувствие она ничего не говорила. А вот только замкнулась.