Офисная ведьма

В одной была зажата швабра, в другой тряпка.

— А ну давай прибирайся! Может хоть так тебя к порядку приучу.

Я вдруг поняла, как сильно вымоталась. Спорить с Буяном сил не было, а расслабляющий вечер, кажется, сгинул в небытие вместе с остатками настроения. Даже дома нет покоя! Обида нахлынула на меня, подкатилась к глазам, защипала в носу, и я почувствовала, как первые горячие слезинки покатились по щекам. Я отвернулась, досадливо махнула на Буяна рукой и потопала в комнату. Нет, не для того, чтобы начать разбирать устроенный им завал, а чтобы повалиться на кровать и хорошенько прореветься.

— Эй, ты чего? — тут же сменил тон домовой с требовательного на испуганный.

— Отстань! — проревела я, утыкаясь неумытым накрашенным лицом прямо в свежепостиранную, еще пахла порошком, наволочку. Домовой на такое кощунство даже внимания не обратил, хотя в другое время обязательно прочитал бы мне лекцию. Сейчас же только запрыгнул на кровать и потеребил за рукав.

— Ника, ну ты чего? Я же так, без обид.

Просто убираюсь-убираюсь целыми днями, а ты не ценишь.

— Ценююю, — провыла я, после чего подтянула вредного домового к себе, как плюшевую игрушку, и начала рыдать еще упоеннее.

Буян притих, погладил меня короткой лапкой по волосам.

— Чего случилось-то?

Я начала рассказывать о сегодняшних офисных злоключениях, просто чтобы выговориться. Больше ведь некому. А домовой – единственное существо на всем свете, кому можно рассказать не только про смерть коллеги, но и про руну.

Причина моей истерики была понятна. Понимать, как легко можно умереть, даже не почуяв приближение смерти – очень неприятное и даже пугающее ощущение. А проделки домового всего лишь стали для меня последней каплей, опрокинувшей эту чашу.

Буян, посидев немного рядом со мной, спрыгнул с кровати и начал суетиться по комнате, слушая меня и ловко раскладывая вещи по местам. Книги сами вспархивали с пола и возвращались на полки. Я уже хорошо изучила своего домового, чтобы понять, что сейчас он их не просто распихивал по шкафам, а перед этим еще и стирал с них пыль.

Я знала, что обувь, одежда и посуда целы, потому что дух не способен причинить вреда дому, в котором живет. Знала я и то, что Буян не мог сидеть на месте, и уборка доставляла ему истинное удовольствие. Похоже, обида его действительно была связана с тем, что я мало благодарила духа. Надо бы угостить его медом, а еще подарить новую ложку.