Амарант

Даже сам Карлос поначалу боялся смотреть ему в лицо, так как потом не мог избавиться от кошмаров. Ко всему привыкаешь, но те, кому впервые доводилось испытать на себе взгляд мальчика, моментально разбегались, а некоторые крестились, словно дьявола узрели. Психолог, к которому Карлос отвел приемного сына вскоре после оформления опеки, отказался с ним работать после первого же сеанса. Таким Данте стал после убийства родителей, таким и останется на всю жизнь. Хуже всего, что он и сам не до конца понимал, как изменило его давнее преступление.

Общительный, веселый мальчик, которым он когда-то был, мигом превратился в отшельника. Ровесники не сторонились его, он сам загнал себя в дыру, из которой не мог выбраться до сих пор.

«Ну, он, по крайней мере, находится достаточно близко к выходу», – с иронией подумал Карлос. Будучи далеко не тщеславным человеком, он прекрасно понимал, что в этом есть и его заслуга, и – в большей степени – его детей. И попытка вернуть Данте домой была лишь еще одним способом вырвать его из пещеры страхов.

Но Данте отказался. И теперь у Карлоса оставался лишь один выход – попытаться облегчить его страдания. Если парень считает, что разговор с несчастным поможет снять хоть какую-то часть груза с души, Карлос был рад помочь. Но с другой стороны он опасался, как бы Данте снова не провалился в черную дыру, как три года назад. Кошмары снились ему каждую ночь, он боялся засыпать. Головные боли донимали практически непрерывно. Врачи лишь разводили руками. Карлосу пришлось изрядно помучиться, чтобы вернуть Данте к жизни, и он не хотел, чтобы это повторилось.

А ведь тогда парню всего-навсего показалось, что он наконец нашел ответ на мучивший его вопрос. Разочарование было настолько сильным, что потребовалось два месяца, чтобы вытащить Данте из темного колодца ужаса.

Сын продолжал смотреть на него. Под этим взглядом Карлосу казалось, что он уменьшился до размера гусеницы. Да парень всего в жизни может добиться, только посмотрев на человека!

– Ты уверен, что это поможет? – сдался Карлос, плюхаясь на стул.

Данте нетерпеливо кивнул.

– Если ты боишься новых приступов, думаю, этого не случится. В прошлый раз я был в депрессии. Сейчас же, когда разгадка так близка, я и думать ни о чем не могу! Помоги мне, Карлос!

– А если сведения окажутся пустышкой?

– Пусть так. Но я должен попытаться. – Данте встал, подошел к столу Карлоса и наклонился к лицу полицейского. Глаза возбужденно горели. – Дай мне поговорить с ним. И я от тебя отстану.