Амарант

– Не обижайся, это образное выражение. Хочется, чтобы ты наконец начал радоваться тому, что имеешь, а не хоронил себя заживо вместе со своими родителями.

– Слушай, Габриэль, – Данте приподнялся на локте, – почему ты так держишься меня? Я теперь твой потенциальный убийца. Если Кабальеро заставил меня выстрелить, он запросто может повторить попытку. Не безопасней ли тебе будет продолжить поиски в одиночку?

– Шутишь? – вытаращился на него Амарант. – После того, как мы наконец нашли общий язык? Если бы не ты, я бы истек кровью! Умер бы, сам того не ведая! И ты помогаешь мне вернуть силы.

– Заткнись. Пьяные разговоры ни к чему хорошему не приведут.

– Ты так говоришь, будто я сам этого не знаю. Мой приятель Алоиз – алкоголик! И я не раз выведывал информацию, напоив его до полубессознательного состояния!

– Но, похоже, сам никогда не напивался до такой степени, – подытожил Данте, отворачиваясь к стене. – Завтра тебе будет стыдно за то, что ты тут наговорил.

– Я ничего такого не сказал! – возмутился Амарант. – Простая конста… конс… А, черт, кон-ста-та-ция факта! Язык развязывается у любого. Надо только знать правильный подход.

Данте тяжело вздохнул. Милли уже сопела, и он не хотел повышать голос, чтобы не разбудить девочку.

– Спи, – буркнул он. – Разговоры можно отложить до утра.

– Как можно уснуть, когда чертова царапина ноет, как стая бродячих кошек?

– Хороша царапина. Немного – и на тот свет тебя бы отправила, – раздался из угла ворчливый голос Роберто.

– Может, и так, но сейчас я чувствую себя лучше некуда! Слушай, Данте, может, найдем тех типов и надаем по рогам, а?

Данте сел и откинул одеяло.

– Хватит! Ты можешь закрыть глаза, а заодно и рот? Черт побери, Роберто, еще раз попытаешься его напоить…

– По крайней мере он не ноет от боли, – проворчал старый алкоголик. – Это было бы во сто крат хуже.

Амарант расхохотался. Данте покосился на девочку, опасаясь, что смех ее разбудил, но нет – она спала, как ангел.

– Идиот, – проворчал он, отворачиваясь к стене. – Живет столько лет, а ума – как у двенадцатилетнего.

– Не так уж редкое явление, я тебе скажу, – хмыкнул Роберто.

Данте практически сразу провалился в сон. Амарант еще некоторое время ворочался с боку на бок, пытаясь найти удобное положение, чтобы не тревожить рану, и вскоре тоже уснул. Роберто храпел, как раненый медведь, но никого это не беспокоило. Все спали.