Разбитые иллюзии

Он смотрел на Вика бездумным взглядом хищника перед прыжком. Человек сказал лишнее: то, о чём не стоило даже думать, не то что произносить вслух.

– Седрик!

Ноль реакции.

– Седрик!!! – я вложила в голос остатки своих сил.

Он вздрогнул и посмотрел на меня пустым взглядом, как на помеху.

– Седрик, очнись! Возьми себя в руки. Иначе всё будет кончено. Для всех. Очнись!

Он моргнул, приходя в себя, словно вспоминая последние минуты. На мгновение в глазах мелькнул намек на благодарность, кивнув каким-то своим мыслям, он вышел из комнаты, жестом поманив за собой Румана.

Я осела на пол, ко мне тут же подбежала Ники и обняла.

– Что ты творишь, Вик? Что ты творишь? – только и могла произнести я.

– Прости, Пати, я не прав, – произнёс он и тренькнул ложью.

– Кто-то должен был набить ему морду, – меланхолично заметил Тони.

– Молчи уж! Тестостерон ходячий! – заорала я на него.

– Я не из-за прошлого набросился, – объяснился Вик, – а из-за того, что он не может оставить Пати в покое. Он чёрный, она белая. Ничего хорошего он ей не даст.

– Отчего же он всё время стремится к ней? – тихо спросила Ники.

– Потому что Тьма пожирает Свет. Это её природа. Свет может прожить без Тьмы, ему достаточно Тени. А вот Тьма без Света – никак.

Повисла тишина. Все мы заново осмысливали старую истину.

– Вик, ты мне зубы не заговаривай, – я начала оттаивать от испуга. – Ты только что довёл Седрика до того, что он чуть не убил тебя. Ты фактически сам приставил к своей башке пистолет! Скотина ты такая!

Вик посмотрел на меня, потом отвел взгляд.

– Я очень постараюсь больше не делать подобных глупостей, – серьёзно произнёс он.

– Да уж постарайся, – буркнула я. Ну не могла я на него сердиться, не могла. А может, это заслуга Ники, отдавшей мне крохи своей светлой спокойной силы.

– Всё кончено? – Тони задал вопрос бодрым голосом, переключая тему. – Можно ехать домой?

– Нет. Ещё не всё. Шон…

– Грррррр Шон!

Я отмахнулась от этой демонстрации наигранной ревности.

– Свет и Тень, где мне взять силы хоть чуть-чуть, – пробормотала я.

Ники отдала всё, что могла, но стычка Вика с Седриком опустошила меня окончательно. По-настоящему опустошила. Я обвела взглядом мою команду, мою семью. На бледных лицах залегли тени, словно мы прошли через бой, и не один… Собственно, так оно и было.

Кения, пушистый предатель, появился из ниоткуда и потерся о ноги. Да, мне было не до него, но я заметила, как он, прячась в темноте ночи, тёрся о ноги и крылья Стража.