Апельсиновый вереск. Дорога возврата

Не придется далеко идти, а то вскоре от холода она совсем перестанет соображать. Послушно следуя за всадниками, Авалона оказалась на территории тюрьмы. Башню патрулировали четыре стражника. Каждые три часа они менялись. Пока что побегов из Кейтонской тюрьмы не было. Выбраться отсюда без потерь — задача не из легких.

Двое стражей распахнули перед ними двери. Всадники вошли в башню, а стражи присоединились, держась позади. Конвой удвоился. Видимо, ее очень боялись, раз приставили сразу четверо охранников.

Всадник, что тянул ее цепь, отделился, подходя к мужчине, на котором не было привычного защитного доспеха.

Они говорили негромко, и Авалоне удалось подслушать часть разговора.

— Да. Он уже едет. Из Утера до графства Мелори дорога не быстрая, но хьенд Баррад вскоре будет здесь.

Авалона забыла, как дышать. Грудь сдавило пронзительной болью, в ушах застучала кровь. Руки, дрожащие от холода, затряслись с новой силой. Ей не послышалось? Фонзи направляется сюда?

За последние три года много чего произошло.

Фонзи Баррад все также, словно верный на привязи пес, служит Империи Сион. Только уже не рядовым всадником и не всадником под командованием дьерда. Благодаря своим активным действием в тылу врага, император вознаградил его новым титулом. Фонзи стал хьендом.

Охоту на Черный Легион, охоту на Авалону, Иэна, Кевина и Фейт объявил он. И сейчас он едет сюда.

Времени подумать о том, что случится, когда Фонзи появится в Кейтонской тюрьме, ей не дали. Подгоняя не самыми лестными словами, Авалону заставили подняться по каменной лестнице на последний этаж.

В небольшом помещении находились всего две камеры с решетками, расположенные напротив друг друга. Одна из них была занята мужчиной с темными волосами и отсутствующим выражением лица. Но было оно таковым до тех пор, пока он не увидел ее.

Всадник поднялся с холодного пола, подошел к решетке, взявшись руками за прутья.

— Авалона? — хрипло произнес он.

— Закрой рот! — рявкнул сопровождающий хэллу всадник.

Авалона повернулась в его сторону, окатив его волной презрения и неприязни, и негромко заметила:

— Будьте осторожны, подбирая выражения.

Вы разговариваете с хьендом.

— Ах ты маленькая паршивка! — всадник с размаху ударил ее по лицу. Голова Авалоны даже не дернулась, хотя удар был сильным. На щеке наливался алым след от его руки. Мужчина снова замахнулся, чтобы повторить удар, но опустить ладонь не успел. Его руку перехватил неприметный до этого момента страж.