Пока не поздно

Мне пришлось рассказать Главной о твоей некомпетентности, Фин. Я посмотрел все видеозаписи в техническом отделе и понял, что ты первым нашел беглецов и решил оставить души там, пожалев их. Ты нарушил одно из правил Центра Сопровождения. Видимо, теперь Главная хочет наказать тебя.

Фин поменялся в лице. Сколько лет он был жнецом, столько и встречал завистников, строящих козни.

– Хм, видеозаписи – веская причина так думать, – наконец согласился проводник. – Что ж, хорошо. Я встречусь с Главной. Веди, Кин, раз ты вызвался сопроводить, – и он снова улыбнулся, сохраняя последние крупицы самообладания.

Стражник был доволен как никогда. Его задумка увенчалась успехом и Фина ждала расправа за непослушание. Рин же беспокоилась за напарника, потому что Главная давно обещала превратить любого нарушителя в морскую черепаху в пример другим, чтоб не повадно было.

– Со мной ничего не случится, – заверил ее Фин. – Вот увидишь, Главная даст мне шанс исправиться.

– Да, конечно, – скептично отозвалась Рин, следуя за Кином, чтобы поймать момент и наступить ему на пятки, – исправишься, когда она обратит тебя в маленькое потешное животное.

Кин вывел проводников в вестибюль. Втроем они поднялись по главной лестнице на второй этаж, затем свернули влево и прошли по нескольким коридорам. Остальные жнецы отвлекались на Фина и Рин, озадаченно взирая на них поверх страниц рапортов, или забывая дописать последнее слово в отчете.

«Ленивая» почта спикировала между проводниками и чудом не врезалась Кину в спину, но вовремя ушла в сторону, обогнув стражника.

Когда они вошли в приемную, Лин вежливо предупредила, что Главная сейчас занята в зимнем саду. Кин махнул рукой и открыл дверь. Ему не терпелось расправиться с Фином.

Трое прошли через пустующий кабинет Главной, и Кин приложил руку к двери в стене. Он надавил и сработал механизм. По ту сторону порога простирались бесчисленные кадки с пальмами и папоротниками. По углам раскинулись цветущие клумбы. И в одной из них копалась Главная, орудуя игрушечной лопаткой.

– Госпожа, я привел к вам нарушителей, – сообщил Кин, гордо выпрямив спину с таким видом, будто совершил величайший подвиг.

– Угу, – отозвалась Главная, не вставая с корточек и не поднимая головы. – Ты свободен, Кин. Я хочу поговорить с нарушителями наедине.

Раздосадованный таким поворотом, Кин хотел было возразить, но вовремя передумал. Он с кислой миной поклонился Главной и ушел за дверь. Только тогда госпожа бросила игрушечный совок и встала на ноги.