Сороковник. Книга 3

Мага, может, я сейчас лишнее говорю, но я боюсь, что ты молчишь-молчишь, а потом сорвёшься – и мне тогда мало не покажется!

Из глубин буфета мой суженый выуживает бутыль, которая незамедлительно отзывается громким бульком; ищет что-то в ящике стола, очевидно штопор. И всё это время поглядывает на меня с затаённой насмешкой.

– Ива, это оказалось не трудно, – говорит, наконец. Вонзает штопор в пробку. – Всего лишь сказать себе: ты в очередном квесте. Знаешь, мне ведь приходилось и охотиться, и сидеть в засадах часами, затаившись.

Пробка с лёгким хлопком выскакивает из горлышка и Мага отставляет вино в сторону, подышать.

– Так и с тобой. Нет, ты не обижайся только. Мне действительно поначалу было невыносимо даже видеть тебя. Устоявшиеся взгляды – это такой груз, который, если наращивался пятнадцать лет, за пять минут не скинешь. Но я просто сказал: парень, ты – профи, и поменять отношение к этой женщине, завоевать доверие – твоя задача на ближайшее время. Работай, Маркос… Ты меня поняла?

– Как-то не укладывается в голове.

Он какое-то время молчит. Крутит в пальцах пробку. И выдаёт то, чего я никак не ожидаю.

– Смерть хорошо прочищает мозги, Ива. На многое начинаешь смотреть по-другому.

– Так ты меня не ненавидишь? – тупо спрашиваю, вспоминая его жаркий предсмертный поцелуй. – Ты тогда сказал…

Он сдвигает брови.

– Что ты заладила? Глупость я тогда ляпнул, и не единственную. С каждым может случиться.

– Её устраивает, – подаёт со своего места голос Аркадий. Потягивается, как большой кот, с хрустом в суставах, с удовольствием. – Вань, хватит его пытать, а то он скоро в самом деле заведётся. Давайте, что ли, перекусим, не зря же вы так старались.

Мага разливает тёмное, почти чёрное вино по тяжёлым хрустальным бокалам. Я достаю из ящика стола тяжёлые двузубые вилки и ножи со специально зазубренными лезвиями. Всё здесь прочно, обстоятельно, надёжно.

И я упорно гоню мысли, каким бы человеком стал мой суженый, не случись у него много лет назад… я.

***

– Аркаша, а что собственно, у вас происходит? – спрашиваю. – Есть во всём этом какая-то нелогичность. Вроде бы жизнь была… Нет, с точки зрения попаданца обычной её не назовёшь, но для вас-то всё устоявшееся, размеренное, идёт своим чередом. Прибыл новенький – встреть, обучи, отправь на все четыре стороны, дальше Игрок сам додумывает.