Уильям и Мари

– Ты знаешь, кто это сотворил?

После минувшего дождя размытая дорога коварно скрывала путь к тракту между городами и поселениями.

– Чернокнижник, – грозно процедил сквозь зубы он в ответ. – Если упустить хотя бы одного из них, то целые деревни будут вот так бесследно исчезать!

Храмовник совсем не счел нужным рассказывать девушке больше подробностей о произошедшем. А его тяжелый суровый взгляд пресек все ее дальнейшие попытки узнать о чернокнижнике и этой несчастной деревушке.

Все, что ведьме оставалось делать, – это молча смотреть на все отпечатки смерти и старательно строить в своей голове картину возможных событий.

Однако…

Опыт прошлого, к сожалению, совершенно ей не помог.

С чернокнижниками Мари никогда не сталкивалась и почти ничего о них не слышала, будто бы они были всего-навсего самым обыкновенным мифом или сказкой. Но Мари четко помнила завет матушки, которая еще при жизни наказывала ей и ее сестре Мирабель держаться подальше – как можно дальше! – от необычных странников с, гремящими на ходу, амулетами.

К превеликому сожалению, но малый опыт провидицы мало помогал ей сопоставить увиденный урон и того бушмена из страшных наказов ее матери, однако в этом вопросе ведьме вдруг помогла фантазия.

Мари видела живой магический город собственными глазами.

Она была свидетельницей некоторых проклятий ведьм.

Девушка четко понимала своей головой, что магия совсем небезобидна, как это может показаться на первый взгляд.

Перед глазами ведьмы вдруг предстал образ таинственного странника, одетого и обутого во все черное, который то и дело безостановочно гремел множеством своих амулетов.

Бросая свои неравнодушные взгляды на мертвое, безжизненное поселение, Мари неустанно рисовала перед глазами ЕГО, однажды явившийся в полную жизни деревушку и тихо сравнявший ее с землей. Вполне возможно, что он делал какие-нибудь необычные пасы руками, как это обычно делает всякий ярмарочный фокусник на потеху публике, или же только шепотом бормотал страшные слова своих ужасных заклятий, или – что еще хуже! – разливал по земле свои ядовитые зелья, отравляя почву, а вокруг него волнами плавно растилась смерть всему живому.

Девушка мысленно завершила свою картину, и от ее весьма зловещего облика она невольно поежилась.

– Ужас… – еле слышно прошептала ведьма.

– Вот что случается, если Храмовники упускают хотя бы одного нечестивого, – медленно и громко проговорил Уильям.