Колдун и Сыскарь

Мобильник показывал, что сегодня четверг, седьмое февраля три тысячи пятьсот двадцать первого года, четырнадцать часов пятнадцать минут.

Упс. Ничего не понимаю. От грозы, что ли, сбрендил или просто навернулся ни с того ни с сего? Жалко, новый почти. Ладно, главное, чтоб соединял, а там разберёмся. Стоп, а это что такое? Какой такой может быть поиск сети в нескольких километрах от МКАД?

Тем не менее мобильный телефон, ставший для современного человека чуть ли уже не частью тела, показывал, что связаться с кем бы то ни было он не в состоянии.

По уважительным причинам.

Для очистки совести Сыскарь всё же попытался дозвониться до Ирины Москвитиной. Бесполезно. Сети и впрямь не было. Очень интересно. Глобальная авария у всех сотовых операторов одновременно? Или и впрямь дело в телефоне, у которого свихнулся чип? Он уже не знал, что и думать. Не предполагать же, в самом деле, что какой-то неведомой силой его в мгновение ока и при этом совершенно незаметно закинуло куда-нибудь в сибирскую тайгу, где нет сотовой связи!

Надо было, однако, что-то делать.

Стоять в ночной темноте и полной растерянности на лесной поляне становилось невыносимым. Хорошо, хоть гроза прошла стороной, а то не хватало ещё промокнуть до нитки.

Вот интересно, подумал он, а бывают такие галлюцинации, в которых человек промокает до нитки под грозовым ливнем, который ему лишь привиделся. Ливень привиделся, а сам мокрый. И рядом, заметьте, ни реки, ни озера, ни даже обычного душа.

Только лес вокруг, земля под ногами и небо над головой.

Он поднял голову. В просвете между облаками мерцала какая-то звезда. Ярко и призывно. Где-то вдали ещё ворочался гром, но было ясно, что гроза не вернётся.

Надо идти, не стоять же здесь до утра. Вот только совершенно непонятно куда идти. Тропинку, что ли, какую попробовать отыскать… В конце концов, у него есть отличный фонарик. Со свежими батарейками, между прочим.

Андрей представил себе, как пытается с фонариком продраться сквозь густой лес (а лес был густой, это он успел заметить ещё при обходе поляны по периметру) по малоприметной тропинке (ещё даже не найденной), а низкорастущие ветви деревьев так и норовят выколоть ему глаз, и хмыкнул.

Нет, переться ночью через незнакомый лес, совершенно при этом не представляя ни направления движения, ни даже с какой стороны находится север, теперь показалось ему не самой лучшей мыслью.

Сыскарь был горожанином до мозга костей.