Спасите меня, Кацураги-сан! Том 4

Сакамото Рин удалилась, как говорится, «припудрить носик», а я подошёл к кустам, за которыми уже давно скрывался Кикуока Горо.

– Добрый день, Кикуока-сан, – поклонился я. – Я к вам за советом.

– Вижу, – кивнул он, не отрывая взгляда от удалявшейся Сакамото Рин. – Это – не та женщина, с который вы приходили сюда впервые.

– Да, это – другая моя коллега. Я хотел показать её вам, Кикуока-сан. Меня смущает, что…

– Что из неё бьёт жизненная энергия, как вода из гейзера? – опередил меня Кикуока.

– Так вы тоже видите? – обрадовался я.

– Это очень плохо, – вновь закончил за меня фразу Кикуока Горо.

– Почему? – не понял я.

– Я встречался с такими людьми. Много раз, – грустно вздохнул Кикуока. – Вы, наверное, полагаете, что в ней чересчур много жизненной энергии, Кацураги-сан? Поэтому избыток вырывается наружу. Так вы мыслите?

– Да, Кикуока-сан, – кивнул я.

Похоже, я столкнулся с очередной местной особенностью работы жизненной энергии. В моём мире такого не было.

– У вашей спутницы столько же энергии, сколько и у любого другого человека, Кацураги-сан, – объяснил старый монах. – Просто она её стремительно теряет. Такие люди – как пылающая свеча. Светят очень ярко, но очень быстро сгорают.

Моё сердце пропустило удар.

– То есть, это, наоборот, вредит здоровью Сакамото-сан? – спросил я.

– То есть, Сакамото-сан намного быстрее остальных движется к своей смерти.

Глава 3

– Так Сакамото-сан умирает? – оторопел я.

Мир в моих глазах перевернулся. Я ещё не смотрел на жизненные потоки под таким углом. Всё это время полагал, что Сакамото Рин – просто ходячий источник энергии. Так оно, по сути, и было. Но какую цену ей приходится платить за это?

– Подождите, Кикуока-сан, – опомнился я. – Но ведь я не вижу никаких отклонений в её здоровье. Если бы она действительно умирала, мои способности автоматически бы считали это.

– Но она не болеет, Кацураги-сан, – пожал плечами Кикуока Горо. – Такова особенность её жизненного сосуда.

– Мы можем как-то это исправить? – спросил я.

– К сожалению, я никогда не видел, чтобы это кому-то удавалось, – признался Кикуока. – Все «горящие» люди, которых я встречал, умирали в течение трёх или пяти лет.