Там, где всегда идёт дождь

Белые, пустынные глаза, в которых терялась какая-либо надежда на жизнь. Такие бесцветные глаза, что даже столь важной части живого организма человекоподобного — радужки, было почти не видно, словно в этих глазах упрятан смысл жизни.

Верно! Его так же не существует. Несуществующие глаза...

Раз, и вот он смотрит в тёмно-зеленый, единственный глаз Вдохновения. Тот ежится, я улыбаюсь.

Мальчик-услужник слабо улыбается в ответ, словно вовсе не на этого забавного парня в чёрную полосочку он смотрел, а на меня. Какая ледяная улыбка.

Прекрасно!

Вдохновение долго не может отвести взгляда от белоснежных глаз. Услужник в свою очередь только тихо отвечал своей клиентке, порой жмуря один глаз от действий сей прекрасной дамы, на коленях которой он сидел, более смахивающих на простые сюсюканья, как мама говорит с сыночком, тиская того за щечки, но смотрел он при этом на парня со шрамом. На любителя орхидейной сангрии.

Злодей сжимает кулаки. Кусает губы. Смешной!

Шаг вперед. Ещё. И ещё один. Плавно шагаю за ним — так интересно.

— Я заберу его.

— А-а? — растерянно хлопает длинными ресницами девушка, поднимая взгляд на Вдохновение. Она мягко улыбнулась и хотела было ответить, но тут её перебил рыцарь прекрасной сказки, который чокался кружками с девушками-прислужницами в ошейниках. Он опустил стакан и обернулся.

— Что сказал?

— Забираю, — он снял с пояса свою мизерикордию, необычный кинжал, удобный для поражения рыцарей с амуницией — точнее для проникновения между сочленений этих доспехов. Девушка усмехается и надувает щечки, за пояс прижимая к себе услужника.

— Не видишь, что ли, моя леди хочет ещё побыть с этим мальцом, так что ты опоздал. Проваливай, пока я добрый.

— Аналогичный ответ коснётся твоих ушей, — тихий смешок. — Отпустите его, парню не место в этом крысятнике.

А мальчик молчит. Рыцарь огрызается и скидывает услужника с коленей девушки, на что та разочарованно и возмущенно вскрикивает, злясь на мужика.

Слышен стук падающей на пол кожи — это ремешок от поводка, что крепился к ошейнику мальчика-услужника. Тот приземлился рядом с упавшим работником борделя. Он не издал ни звука, быстро садясь на колени.

Одет в одну длинную тряпку, похожую на юбку, закрывающую бледные ноги, но открывающую торс. Холодно, должно быть.

Подобным ему часто холодно, когда они никого не обслуживают.