Кровь черного мага - 4

– Нет уж, такой шанс упускать нельзя.

– Какой? – спросил я, смотря на нее прищурив глаза.

– Сделать фото в лучшем качестве, – она открыла сумку и показала мне фотоаппарат с телеобъективом. – А вы мне поможете это сделать.

– Я? Помогу? – удивился я.

– Ну пожалуйста, Ваша Светлость, вам это ничего не будет стоить.

Ленели похлопала ресницами и потянувшись чмокнула меня в щеку. Отодвигаться она не спешила и мой взгляд нырнул вниз в весьма соблазнительный разрез ее платья.

– И после такого манипулятором вы называете меня?

Я притянул ее к себе за талию.

– Хорошо вас накрыло после снятия проклятия, Ленели, – засмеялся я.

– Накрыло? Хм. Нет, я просто вдруг поняла, что с меня словно гора свалилась – все страхи о прошлом и том, что это может повториться, что меня могут вновь попытаться убить вдруг исчезли в один миг. И это исключительно только благодаря вам, – она вдруг посерьезнела. – Во время эфира вы кое-что сказали.

Я, выпустив Ленели, промолчал.

– Вот как значит? – она нахмурилась. – И они называются высшими светлыми?

– Видимо, вы их хорошо допекли, – заметил я. – Светлые маги – не деревянные чурбаны, им тоже свойственны эмоции. Однако, там, где черный маг вас убил бы только за то, что вы на него не так посмотрели, светлый лишь проигнорировал.

– То есть, я сама виновата? В ином случае мне бы помогли?

– Думаю, да. Если это вам так важно знать, спрошу у Адельмана. Возможно, он придет к вам еще раз извиняться.

– Спасибо. Но с фотографией вы мне поможете?

– Нет. Мне невыгодно, что Адельману или кому-либо другому из Гильдий будет причинен репутационный вред. Так что если вы снимите что-то скандальное, все негативы вам придется оставить в Хайдельберге.

Ленели вздохнула, безрезультатно попыталась опустить ниже задирающуюся юбку, потом махнула рукой.

– Тогда, если вы не против, просто посмотрим на то, что там происходит.

– Что ж, давайте попробуем взглянуть на Хайдельбергский «шабаш», – я посмеявшись, повернул ключ зажигания.

Вывел «Бронко» на скоростное шоссе и направил на север. Ленели, задумавшись, молчала, а потом и вовсе задремала. Я подумал, что после сна вся ее активность, вызванная снятием проклятия, должна исчезнуть.