Тайны наследства первых в роду

Она взяла чистый стакан, налила туда немного воды, накапала валерьянки, опять пошептала и дала маме выпить. Проследила, чтобы никто не отобрал у нее стакан. Однако кота на горизонте не наблюдалось. Мама после валерьянки размякла.

— Как-то сразу на нее подействовало, — подумала Валя.

— Доча, ты мне, может, постелешь где-нибудь, я прилягу. Что-то меня в сон стало клонить.

— Где хочешь лечь?

— Давай в большой комнате.

Прошли в зал. Галина уселась в кресло, а Валентина стала хлопотать с постелью. Пока она заправляла диван, мама уснула.

— Усыпила мать? — спросил он.

— Как видишь, — сказала Валя. — А ты чего безобразничал?

— Все в ажуре. Там валерьянка еще осталась? — поинтересовался он.

— Только в бутылочке.

— А закусь?

— А по ушам? Не трожь лекарство.

— Мне надо-то всего пять капель для настроения, — хмыкнул Аббадон, открыл дверцу и влез в шкаф.

Валентина попыталась разбудить мать, чтобы та перешла на диван, но Галина крепко спала. Девушка оставила ее так, ушла к себе в комнату, открыла тетради и уставилась в конспекты.

— Как ты думаешь, это правда всё? — спросила Валя.

— Не хочется тебя расстраивать, но стоит готовиться к худшему, — на диване материализовался Федор.

— Жаль, — вздохнула Валентина, — мне ее будет не хватать. Может быть, провести какой-нибудь ритуал и продлить года ее жизни?

— Знаешь, те ритуалы, что продлевают жизнь, они ведь ни фига не белые, — ответил он, — чем ты готова заплатить за чужие годы?

— Я могу пожертвовать парочкой своих лет, — беспечно пожала плечами Валя.

— А если тебе осталось всего ничего?

— Ну нет, — помотала она головой, — я же молодая, я так быстро не умру.

— Откуда ты знаешь? Я вот тоже помер не особо старым, мне всего тридцать два года было. Да и Неле чуть больше шестидесяти, — сказал Федор.

— Ну Неля уже пожила.

— Думаешь, она бы отказалась от парочки дополнительных лет? — усмехнулся Федя.

— Вот, кстати, а чего она умерла так рано, могла бы себе бессмертие наколдовать, — удивилась Валя.

— Я и так его почти наколдовала, — вклинилась покойница в разговор. — Только без тела.

— Баба Неля, а вы чего скажете насчет того, чтобы продлить года жизни Клавдии Сергеевне? — поинтересовался у покойницы Федор.

— С какого перепуга этой кошелке такое счастье? — прищурилась Неля.

— Так она моя родственница, — возмутилась Валя.

— Которая тебя терпеть не могла и пожелала увидеться с тобой только после твоего девятнадцатилетия.