Доля Пути: Лето.

.». Но я довёл весь комплекс до конца. Из ванной, после контрастного душа, меня вытаскивал уже До́мник. Наверное. Я не вспомнил, как оказался на диване, когда проснулся.

Остаток дня провёл, стараясь хоть немного перемещаться по квартире, даже приготовил себе яичницу и впервые, после Обряда, нормально поел. С дивана вставал уже на четвереньки, что было огромным прогрессом. Закатное Упражнение далось не в пример легче, но мышцы были ещё ватными, в голове шумело.

В ту ночь я видел сны. Нет, не Сны, а обычные кошмары. Люди на кострах, тело совсем юной девчонки, плывущее по реке.

.. Проснулся в холодном поту и задыхающийся, будто это меня топили пару мгновений назад. А ещё, меня скрутило от боли так, что каждую жилку ощутил. Болело всё, казалось, даже душа.

Снова бег, уже похожий на бег. Снова Упражнение, почти без отдышки. Днём даже пару раз выполнил Порядок. Было ещё несколько приступов боли, но уже не таких проникновенных. В зеркале увидел, что шрамы от узоров почти исчезли, превратившись в еле заметные ниточки.

На третьем, после Обряда, закате выполнил Упражнение, сел в последней позиции и тут я увидел Её...

Я сидел на пятках, закрыв глаза и восстанавливая дыхание. Работал кондиционер и поток воздуха слегка колебал раздвижные жалюзи на окне. Звук, едва ли громче шума ветерка в листве, вдруг показался мне слишком громким и раздражающим, хотя раньше я даже не обращал на него внимания. Открыл глаза и посмотрел на жалюзи.

Время будто замедлилось и я ощутил поток воздуха... Именно ощутил — его контуры, текстуру и упругость.

А потом, я... захотел нарушить этот поток. По жалюзи прошла последняя волна колебаний и они замерли. Меня же стал обдувать ветерок, на пути которого будто поставили заслон и он изменил направление. Почему «будто»? — Так оно и было. Я видел как моё желание почти материализовалось — от пола до потолка, между кондиционером и окном. Это было похоже на еле заметное марево, как раскалённый воздух, только без жара.

Моё сознание разделилось. Глаза продолжали видеть картинку перед собой, а какое-то шестое чувство позволяло мне видеть-ощущать-чувствовать пространство вокруг.

Пространство...

Я был этим пространством. Я был сразу везде, одновременно чувствуя шероховатость стен, гладкую поверхность стола и тумбочки, холод стекла межкомнатной двери... Удивительное, пугающее и пьянящее ощущение... вездесущности.

Моя Воля впервые явила себя.

И, что бы не говорил Наставник, но и в наше время это слово сохранило часть своего истинного значения.