Прежде чем я умру. Часть 1

«Я видела лишь его голубые глаза. Демон-помощник — это что-то новое».

Храфну потребовалось немного больше времени, чем он ожидал, чтобы залечить рану; он задумчиво отложил окровавленную салфетку, которой промокнул следы когтей.

— Эти создания не обладают ядом, но очень странно, что твоя кожа не хочет заживать как раньше. Храфн думал: «Неужели Максимилиан добился такого ошеломляющего результата? Сделал так, что раны, нанесенные его тенями, делают наши тела такими же, как у обычных смертных. У людей один жалкий порез затягивается пару недель, а здесь всё серьезнее…».

— Если все так, как я думаю, то Максимилиан зашел в своих экспериментах еще дальше, чем я предполагал, — Храфн наложил лечебную мазь и как следует перебинтовал руку. — Тебе придется походить так с месяц, если не больше.

Но на лице дочери была маска равнодушия.

Они добрались до постоялого двора глубокой ночью. Кучер тут же договорился об обмене превосходной кареты на пару свежих лошадей, и пока их приводили в порядок на конюшне, Эвика и Храфн ужинали в таверне.

— С вами хочет побеседовать один господин… — он указал в левый угол с уединенным столиком, огороженным ширмой и освещаемым лишь одной свечой.

Храфн кивнул, и когда трактирщик удалился, перевел взгляд на дочь, которая разглядывала принесенную бутыль с вином — в зеленоватом стекле отражался тот самый укромный уголок

— Я быстро, — шепнул отец.

Девушка взялась за бокал, сделав крошечный глоток сладковатого напитка.

За ширмой действительно ожидал мужчина, облаченный в длинный дорожный плащ с капюшоном, скрывающим лицо. По энергии, исходящей от него, чародей понял — это вампир, чистокровный, древний и могущественный. Их силы были практически равны.

— Не ожидал, что ты проявишь ко мне интерес так скоро, — спокойно сказал Храфн, присаживаясь напротив и глядя в лицо, скрытое тенью. — Приветствую тебя, Ингрид.

Капюшон откинулся назад, и в чародея впился ледяной взгляд светло-серых, почти белых глаз:

— И я тебя, Храфн.

«Здесь небезопасно говорить…», — вампир обратился к собеседнику мысленно.

Впервые за долгое время чародей позволил себе усмехнуться: «Поэтому ты оповестил хозяина таверны о том, что хочешь со мной переговорить? Может, рассказал бы заодно и всему постоялому двору?».

«Смотрю, ни смерть супруги, ни преследование Максимилиана не сбили с тебя спесь».